Книга Сокровище богов, страница 122 – Филип К. Квантрелл

Он аккуратно положил тело Адриэля на землю и потянулся к дракону, склонившему голову навстречу, – коснуться друг друга на мгновение, наслаждаясь тем, что они наконец-то снова вместе. Когда Гидеон отступил, Иларго обернулся влево, и Гидеон, взглянув туда же, почувствовал, как в глазах закипают слезы.

Галандавакс лежал, свернувшись в кольцо, у подножия горы. Кровь, вытекшая из его груди, окрасила каменистую, бесплодную землю в черный, но из-под черноты уже пробивались всевозможные цветы и травы, которые по всем законам природы не смогли бы там выжить. Гидеон знал, что никогда не перестанет удивляться тому, как драконы влияют на мир. Ему хотелось лишь одного: никогда больше не увидеть, как жизнь рождается из их смерти.

Все произошло быстро, – сказал Иларго.

А что теперь? – Гидеон давно не пользовался голосом. Говорить через узы теперь было куда привычнее.

Верда примет его.

Гидеон сперва не понял, но, приглядевшись, заметил, что сквозь черную чешую Галандавакса тоже прорастают цветы и лозы. Пройдет время, и он превратится в покрытый цветами курган, утратив всякое сходство с великим змеем. Но вот с Адриэлем такого не случится.

Хоронить его у подножия горы, куда больше не ступит ничья нога, казалось как-то неправильно. Адриэль заслужил гробницу, подходящую не только драгорну, но и эльфу.

Но ведь мир о нем никогда не узнает. Он сражался в Войне драконов, в Темной войне. Он был героем прошлого, и здесь…

Гидеон оглянулся на луга и зеленые поля, окруженные густыми лесами, на простор, где одинаково прекрасны были и рассветы, и закаты…

Это лучшее место, – прошептал Иларго.

Пусть Адриэль совершил много подвигов, но он тысячу лет считал домом Драконий предел. Покоиться среди полей и лесов – вот чего он желал бы как эльф и драгорн.

Наверное, это человеку внутри меня спокойнее было бы похоронить его под камнем, в гробнице.

Иларго наклонился, коснулся мордой его плеча.

Дом драгорна всегда под небесами.

Гидеон все же задумался, не насыпать ли над Адриэлем хоть небольшой курган из камней, но решил, что сам не хотел бы покоиться отдельно от Иларго. Он поднял эльфа на руки и усадил среди травы, прислонив к боку черного дракона, – так они всегда отдыхали, когда были живы. Цветы и травы тут же потянулись к эльфу. Отойдя обратно к Иларго, Гидеон увидел, что древнего драгорна почти скрыло покрывало лоз и многоцветья.

Как будто процесс пошел быстрее, стоило им оказаться вместе… – Натура мага сразу же восхитилась чудесами природных чар, но Гидеон не стал развивать эту мысль и затих, отдавая последнюю дань уважения.

С последними лучами солнца Адриэль и Галандавакс исчезли из виду – Верда и вправду приняла их. Неожиданно было ощущать вместо запаха разложения сладкий аромат цветов.

Твой род прекрасен даже в смерти. – Гидеон утер слезы. Он не запомнил, как долго они стояли вот так, прощаясь. Уйти было тяжко, тяжко было понимать, что они никогда больше не увидятся с Адриэлем и Галандаваксом. Пусть они мало времени провели вместе, но Гидеон знал: то, что Адриэль для него сделал, он запомнит… что ж, буквально навсегда.

Идем. Галандавакс был старейшим из моих родичей, зелень наверняка захватит половину горы.

Гидеон обернулся к кургану и обнаружил, что, с тех пор как Адриэль и его дракон воссоединились, травы действительно разрослись, лозы начали карабкаться на склон.