Книга Потерянная святая, страница 38 – Рейчел Кроу

Лес был полон корявых деревьев, покрытых черной корой и мхом. Тропинка между ними была скользкой от опавших листьев. Ана смотрела под ноги, стараясь не споткнуться о камни и корни, и шла на звук воды. Ручей нашелся быстро. Она опустилась на колени на берегу и, погрузив свои израненные руки в воду, зашипела от холода.

Она отмывала руки, выковыривала грязь из-под ногтей так долго, как только могла, но без мыла все казалось бесполезным. А что насчет открытых порезов на ее пальцах? Неужели она действительно будет осматривать его рану окровавленными пальцами?

Ручей бежал меж камней, и Ана сказала себе, что это, должно быть, приток реки Намен. Чистейшая вода в мире. Слезы Ансель. Теперь и ее слезы тоже. От этой мысли у нее закружилась голова.

Что, если она застряла в очередной галлюцинации? Из-за всего, что она слышала на лекции, – что, если это подсознание рисует ей Средневековье во сне? Северяне-садисты. Рыцари дворца Эдин. Но тот мужчина утверждал, что человек из ее сна охотится на них. Что он ждал их у пещеры. Знал, что они придут. От этой мысли ее затошнило. Олег. Она слишком легко представила его себе, его татуированную голову и черные отметины на шее. Семь. Ему нужно было семь человек для жертвоприношения.

Какое непостижимое слово. Жертвоприношение. Ана никак не могла осознать всю его суть. Однако в ее памяти возник образ женщины с выбеленным лицом из пещеры. Вспомнился ее неестественный, словно многослойный голос, который звучал как множество голосов, собранных воедино. Ана покачала головой и опустила бурдюк в поток, ожидая, пока тот наполнится. Затем встряхнула его и вылила воду, прежде чем снова наполнить.

Вода текла по камням, и в этой ряби отражалось тусклое небо. По ее затылку пробежали мурашки. Внезапно Ана замерла, услышав тихий шорох шагов. Медленно повернув голову, она оглянулась через плечо. На каменистом берегу позади нее стоял мужчина. Внутри у нее все сжалось; он пристально смотрел на ее задницу.

Она резко обернулась, вскакивая на ноги, и его брови поползли вверх, когда он увидел ее бикини и многочисленные царапины на коже. Она отступила на шаг и нахмурилась, крепко сжимая бурдюк с водой, как будто это было оружие. Но она прекрасно понимала, что это не так, и скрестила руки на груди.

Мужчина был загорелым, высоким и широкоплечим, или, по крайней мере, так казалось из-за длинного плотного плаща цвета полуночной синевы и роскошной коричневой шкуры какого-то мертвого зверя, накинутой на плечи. Его темные волосы ниспадали до воротника, наполовину собранные сзади, с несколькими свободными прядями, обрамляющими лицо. На вид ему было чуть за двадцать.

Ана назвала бы его потрясающе красивым, с его карими глазами и густыми ресницами, если бы его взгляд на беззащитную, потерянную и полуобнаженную девушку не был столь пугающим.

Одежда мужчины была сшита из качественных и цветных тканей, сапоги, забрызганные грязью, – из прочной кожи и на толстой подошве. Плащ был застегнут изящной серебряной пряжкой с изображением башни и дерева. Откинув полы плаща за спину, он продемонстрировал украшенную драгоценностями рукоять длинного меча. С одинаковой легкостью и угрозой он положил на нее руку в перчатке.

— Мой спутник ждет меня, – произнесла Ана с уверенностью, которая удивила ее саму. Он лишь иронично приподнял бровь, медленно окинув ее взглядом с головы до ног. Возмущение пересилило страх, и она щелкнула пальцами. – Эй! Не будь таким мерзким.