Онлайн книга «Поздравляю, Синичкина! Ты попала»
|
Глава 1 Первый день весны всегда был для меня особенным. Не побоюсь этого слова, приятным… Первого марта мы познакомились с Пашей. Тогда он буквально вытолкнул меня из-под колёс несущейся в автобусную остановку машины. Ровно через год съехались. Помню, как сидя на полупустой кухне и попивая уже остывший чай с «Коровкой», услышала: «Давай поженимся?». Ещё через год я узнала о желанной беременности. Несколько самых счастливых месяцев Паша буквально носил меня на руках. А потом ужасная случайность и… Мне до сих пор было больно об этом вспоминать. Слишком жива ещё горечь потери… Но, несмотря на все трудности, мы не сдавались. Целых семь лет упорно трудились над тем, чтобы по полу в нашей уже собственной квартире топали маленькие ножки. Семь лет… Я считала их по уколам, по анализам, по бесконечным «попробуйте ещё раз», по надежде, которая беспощадно разбивалась каждый месяц. Семь лет мы любили друг друга, как мне казалось, не только телом, душой, но и этой общей болью, вылившейся в мучительное ожидание. Молчаливым: «мы справимся». Но мы не справились. Не вывезли. Сдались… И вот сегодня, первого марта, спустя долгие восемь лет, нас развели. Паша приехал собрать остатки своих вещей, а я, с ногами забравшись на диван всё в той же кухне, сидела и слушала, как в спальне умирает наша семья. Я сжималась с каждым звуком. Вот Паша открыл шкаф… Вот зашуршал пакетами, укладывая зимние куртки, которые мы покупали вместе в том торговом центре, где он украдкой целовал меня в примерочной. Вот звякнули ключи от нашей квартиры, которые теперь навсегда останутся на крючке в прихожей. А за ними раздался чертовски банальный вопрос: — Ты не видела мой бордовый галстук? В крапинку такой… Ну который мама подарила! Нигде не могу найти… — Нет, — пальцами покрутив уже пустую чашку, ответила я. — Наверное, там же, где и моя жизнь в последний год. В шкафу. На полке. Под грудой вещей, которые давно никто не носит... Я не хотела так говорить. Слова вырвались случайно… Горькие, ядовитые, полные той боли, которую я так старательно прятала все эти месяцы за спокойными «всё нормально» и дежурной улыбкой. За ними последовала тишина. А потом раздался недовольный голос в дверях: — Оль, не начинай… Мы же уже давно всё выяснили. Так сложно, что ли, по-человечески расстаться?.. Паша стоял на пороге кухни, прислонившись плечом к дверному косяку. Пакеты уже лежали в прихожей, пальто валялось на них, а в руке он мял этот несчастный бордовый галстук, который всё-таки нашёл. — Сложно, Паш. Очень сложно, — я подняла на него полный невысказанной боли взгляд. — Особенно, когда муж уходит к твоей лучшей подруге… — Разве я в этом виноват?! — Паша позволил себе повысить голос. — Разве я не справился с элементарным?.. — он хмыкнул. — Нет, милая… Это ты не смогла родить. А Эля забеременела с первого раза. Это была пощёчина. Увесистая, хлёсткая, унизительная… Она выбила воздух из лёгких и парализовала тело. Хотелось сделать вдох, закричать, броситься на подлеца с кулаками. Но… Я молчала… Мочала и смотрела на человека, которого когда-то любила больше жизни, с которым делила всё: радость, горе, надежды, разочарования, семь лет бесконечных попыток, анализов, лечения, тайных слёз в ванной. И Паша знал… Он всё знал. Знал, как я винила себя каждую ночь. Знал, как молилась в больницах. Знал, как ненавидела своё тело за то, что оно не могло дать ему самого главного. Долгожданного ребёнка… |