Книга Большая охота Крика, страница 193 – Саша Хеллмейстер

— Мама,– прошептал Майк и попытался вырвать карточку, но Палач поднял руку с ней, и он попросту не дотянулся.

Майкл умирал на льду озера Овхары. Палач небрежно взглянул на карточку, однако взгляд его тут же застыл, а зрачки сузились, стали двумя крохотными точками в почерневших глазах. Оставив на белой рамке полароидного снимка след крови, он жадно смотрел, как девушка с темными волнистыми волосами и широкой улыбкой, веселая и счастливая, держала на руках забавного мальчугана, которому едва исполнился год. Мальчишка этот был кудряв, смугл и беззаботен, и у него были большие черные глаза. Палач взволнованно нахмурился, отложив фотографию на лед.

Мальчишка с нее давно уже вырос и умирал от его руки.

Палач молча присел на корточки и взял его за отворот куртки, но было уже поздно что-то спрашивать: он умер. Его тело сотрясла последняя судорога, вместе с влажным кашлем с губ слетело несколько капель крови. Палач впился в него взглядом человека, который давно забыл о чем-то важном, а теперь вспомнил. Этот человек, которого он даже не знал-то толком, в прошлом был ему очень дорог. Он не мог понять, чем именно, но он помнил теперь, как его зовут, и помнил девушку, которая его держала. Он провел пальцами по ее лицу, и на нем осталась полоска крови. До Палача дошло: он только что убил ее сына.

Палач резко встал, сморгнул набежавшие на веки слезы. С ненавистью поглядел на огненное зарево, которым зашлось небо. Когда он прозрел и все вспомнил, ничего изменить было уже нельзя. Посланный сюда Иктоми, чтобы карать и убивать тех, кто выжигал Овхару, он был слеп, а теперь прозрел – и, неловко сев возле мертвого мальчишки, прижался спиной к холодным камням и стал ждать, когда смерть придет и за ним. От ран, кровопотери или, скорее, от огня, но это случится скоро. Палач закрыл глаза.

Он так долго от нее убегал, но теперь был к ней готов.

Сверху стлался страшный черный дым. Огонь завладел всей землей, пробежал дорожками по траве, которая проросла среди камней. Палач усилием воли стряхнул с себя усталость, встал и поднялся по косогору. Он мрачно взглянул на бойню, которая случилась перед ним, где охотники сражались против тех, кто служил Иктоми, как служил когда-то он, и понял только одно: тем троим не выйти из нее живыми.

Тогда, поглядев на землю, Палач сделал то, что должен был.

Вендиго, готовых разорвать врагов на части, вдруг пронзила егоза, изрезанная острейшими лезвиями; она вырвалась из-под земли, опутала их, обездвижила, как живая, оттащила в стороны от Вакхтерона, Буги и Дыма.

Вакхтерон отступил к краю косогора и, поглядев назад, остановился, когда увидел Майкла мертвым. На миг, когда он поднял маску и Палач увидел его лицо, то подумал: вот сейчас Вакхтерон и убьет его.

— Уходите,– сказал он холодно. Вакхтерон увидел, что он истекает кровью.– Пошли вон отсюда, все вы.

Непонимающе нахмурившись, Вакхтерон посмотрел на вендиго, корчившихся от боли и стремящихся выбраться из егозы.

— Зачем ты это делаешь?

Палач с ненавистью взглянул на него и, горько улыбнувшись, мотнул головой:

— У меня к Иктоми теперь свои счеты, по которым я заставлю ее заплатить.

— Но…

Мистер Буги, мягко положив ладонь на плечо друга, лишь сказал:

— Пойдем, больше медлить нельзя.

Дым, закинув на плечо лук, обратил внимание на фотокарточку, которую Палач держал в руке, и поднял на него взгляд. Когда Вакхтерон и Мистер Буги соскользнули на лед и поспешили по нему, Дым задержался и спросил в последний раз: