Книга Сделка, страница 180 – Стив Кавана

— Ну, а на вашем мобильнике?

Нажав на кнопку, он вздохнул и произнес:

— Десять пятьдесят девять.

— Итак, в этом зале как минимум трое часов, и на всех разное время. Мистер Форест, электронный журнал дежурств в «Сентрал-парк-илевен» встроен не в ту же компьютерную систему, что и камеры наблюдения, верно?

— Да. И программное обеспечение разное, и собственно компьютеры тоже.

— Мистер Форест, проверяли ли вы когда-нибудь – в любое время до или после убийства – синхронизацию тайм-кодов системы видеонаблюдения и вашего электронного журнала?

Он поджал губы, выпрямился на стуле.

— Нет, не проверял.

Я снял верхний документ из стопки, которую принес мне Кеннеди, и передал копии судье Роллинзу, Зейдеру и свидетелю.

— Мистер Форест, это копия журнала вызовов в службу «девять-один-один» за тот вечер. Насколько я понимаю, вы в курсе, что когда кто-то из жильцов звонит в охрану, то на этот номер сразу же автоматически отправляется текстовое сообщение, уведомляющее о поступлении такого звонка?

— Да, я знаю об этом, – подтвердил он.

— Не могли бы вы прочитать в этом документе, в какое время поступила эсэмэска о том звонке?

Глаза его вспыхнули, и он прочитал:

— Двадцать ноль четыре.

— Благодарю вас.

Я уселся на место, а Зейдер в ту же секунду вскочил на ноги.

Я вдруг опять ощутил всю тяжесть навалившихся на Дэвида улик. Моя же защита была построена на чем-то не толще первого льда, и ступать по нему следовало очень медленно и осторожно, иначе и Дэвид, и Кристина, и я сам провалимся в темные холодные глубины.

А Зейдер, судя по всему, готовился проделать в этом льду здоровенную трещину.

— Мистер Форест, учитывая разночтения при фиксации времени с различных устройств, возможно ли, чтобы подсудимый вышел из своей квартиры еще до того, как в ней было совершено убийство?

Судья Роллинз с энтузиазмом закивал – ему, видно, пришло в голову то же самое.

Свидетель помотал головой.

— Нет. Убийство не могло быть совершено после того, как подсудимый покинул квартиру. И вход, и выход в ней только один – дверь на лестничную площадку. На записи с камеры наблюдения видно, как мистер Чайлд и потерпевшая входят в квартиру и как вскоре он выходит оттуда один. Я лично беседовал с мистером Гершбаумом. Никто не проникал в его квартиру через балкон, а это все-таки двадцать пятый этаж. Когда я осматривал квартиру мистера Чайлда, в ней никого не было. Это совершенно исключено еще и потому, что потерпевшая физически не могла нанести себе столь многочисленные ранения, и никто, кроме подсудимого, из квартиры не выходил. Единственный человек, у которого была возможность убить Клару Рис, – это Дэвид Чайлд.

Каждая частичка моего тела, каждая капля крови в жилах так и тянули меня обернуться и посмотреть на Кристину, но я хорошо знал, что в этом случае потеряю все окончательно. Главная битва сейчас здесь, в суде.

С трудом заставил себя опять сосредоточиться.

Шепнул Дэвиду:

— Не волнуйтесь. Все о'кей.

Но до «о'кей» было еще ох как далеко.

Проглотив свой страх, Дэвид похлопал меня по руке. Он по-прежнему в меня верил.

Хоть кто-то в меня еще верил!

— Офицер Ноубл! – объявил Зейдер.

К свидетельской трибуне поспешно направился худощавый мужчина в очках, синих джинсах и красно-синей клетчатой рубахе. Белый галстук, который он зачем-то напялил поверх этого далеко не официального наряда, выделялся на нем, как бельмо на глазу. Довершали этот диковатый ансамбль ковбойские сапожки, только благодаря которым по какой-то непостижимой причине он и смотрелся более или менее цельно.