Книга Сделка, страница 158 – Стив Кавана

— Ну и что мы тут видим? – поинтересовался Кеннеди.

— Пока точно не знаю, – ответил я. – Но хочу выяснить. Мне нужно просмотреть запись за весь день. Можете сделать копию?

Начальник службы безопасности почесал подбородок.

— Не вижу препятствий. У копов тоже вся запись целиком. Кстати, а вам не нужна заодно запись и с той камеры, что в вентиляционной решетке?

— Давайте сначала ее просто посмотрим, – предложил я.

— А как вышло, что у копов нет записи скрытой камеры? – спросил Кеннеди.

Медрано кашлянул, глянул на свои ботинки, а потом посмотрел Кеннеди прямо в глаза.

— Знаете, в этом доме живут очень богатые люди, в том числе и знаменитости. Мы следим тут за всем, но при этом очень многого не замечаем. Понимаете, о чем я? Папарацци пытаются перекупить хоть кого-нибудь, кого угодно в этом здании, чтобы им вовремя свистнули, когда к кому-то из наших жильцов заглянет проститутка, наркодилер или еще какая-нибудь знаменитость. Нам хорошо платят за наше молчание и за то, что мы на многое закрываем глаза. Вплоть до прошлого года никакой камеры там не было. Было вроде как неписаное правило – лестница должна быть свободна от наблюдения. А потом произошла кража. Вора мы поймали и все-таки решили пойти на компромисс: скрытые камеры на каждом этаже поставили, но не стали это афишировать. Полиция записи с них не запрашивает, а сами мы их никогда никому не показываем. Это единственная камера, в поле зрения которой попадает дверь на лестницу. Это, что называется, для поддержания разумного равновесия. Большинство наших жильцов не желает жить под надзором камер наблюдения – никому не должно быть дела до того, какой образ жизни они ведут. Так что таким образом мы попытались обеспечить им и безопасность, и анонимность.

После того как Медрано покопался в меню и забил в строку поиска дату и время, на экране появилась новая запись. Вид был на сей раз боковой. Мы опять увидели, как Дэвид с Кларой входят в квартиру – только под совсем другим углом. Медрано ненадолго ускорил воспроизведение, пока на мониторе вновь не возник Дэвид – в руке спортивная сумка, на голове капюшон. Медрано чуть отмотал назад и опять пустил запись на нормальной скорости. На пол Дэвид ничего не ронял. Я совершенно четко видел его руки. Потом он опять отвернулся от двери и вышел за пределы кадра – в сторону лифта.

— Стоп! – воскликнул Кеннеди. – Видели?

— Нет, – ответил я.

Медрано еще раз отмотал назад, запустил запись опять.

— Да вот же! – сказал Билл.

— Что? – недоумевал я.

— Можно увеличить? – попросил Кеннеди.

— Конечно. Какую часть? – отозвался Медрано.

Фэбээровец ткнул пальцем в зеркало на площадке. Покрутив два больших колеса по бокам от клавиатуры, Медрано навел курсор в виде увеличительного стекла на зеркало. Изображение стало довольно зернистым, но нужный участок растянулся на весь экран.

— Прокрутите еще разок, – распорядился Кеннеди.

Когда пошла запись, я только ахнул.

— Ни хрена себе, – выдохнул Медрано.

Некоторое время мы сидели втроем, словно язык проглотив и не сводя глаз с застывшей на экране картинки – Медрано опять нажал на паузу.

— Копы точно не видели эту запись? – очнулся я наконец.

— Точно. Их вполне удовлетворили кадры с основной камеры, – заверил Медрано.

— И ты хочешь показать это окружному прокурору? – спросил Кеннеди.