Книга Огненные крылья Демона Пустыни, страница 104 – Ульяна Муратова

Вторая ночь после ранения оказалась самой тяжёлой, но к утру ему стало легче.

В общей сложности Ирихан провалялся в лихорадке три дня. Вставал редко, смотрел мутным взором, иногда мог магией полыхнуть, но и то вяленько. Обязательно благодарил, а затем отрубался и беспокойно спал следующую пару часов.

На второй день выздоровления вокруг раны появились нарывы, к вечеру я их вскрыла. Не самая однозначная процедура, но было в ней что-то мерзко-восхитительное. Примерно как прыщи давить. В приличном обществе таким не хвалятся, но тёмными вечерами в одиночестве ванной комнаты мало кто может устоять перед этим запретным удовольствием. Мазь отлично помогала, уже на утро ранки от нарывов затянулись, покрылись плотной корочкой, а к вечеру третьего дня начали чесаться.

Вернее, это я предполагаю, что начали чесаться, а что уж там в действительности заставило Ирихана лезть в раны грязными руками и пытаться разодрать весь мой труд — не понятно. Но когда я стала водить пальцами по шелушащейся ярко-розовой коже вокруг ран — он быстро расслабился и уснул. Я так и торчала рядом с ним, как приклеенная, то поила, то обтирала, а теперь еще и чесала.

За три дня только и успела, что закрыть окна одеялами или простынями, кое-где убрать песок, да пару раз супа сварить. Мила́х обладал отменным аппетитом. Предпочитал сырое мясо, но при случае соглашался и на варёное, и на рыбу, и даже на кусочек печеньки. Ньока продолжала на него шипеть, но малыша это не смущало — он съедал порцию размером с себя, а потом щемяще стенал у меня на плече. Ньока разошлась не на шутку и пару раз пыталась его укусить, но я не дала.

Фахораков проверяла лишь однажды — они спали, еды и воды у них было вдоволь.

Утром четвёртого дня Ирихан проснулся затемно, вывернулся из моих объятий и надолго исчез в ванной. Я даже успела снова задремать. Опасений его здоровье уже не вызывало, он уверенно шёл на поправку. Когда огневик вернулся в спальню посвежевший, решительный и отчего-то злой, я всё ещё валялась в постели. Этим гордым словом я называла криво лежащий на проходе матрас с ворохом покрывал на нём. Решила отоспаться и побаловать нас чем-то сладеньким на обед. Нервное напряжение, в котором я жила эти дни, наконец схлынуло. В груди и шее развязывались невидимые узлы, расслаблялись мышцы и становилось легче дышать.

— Ирихан, там окна везде выбило, я не знаю, что с этим делать, — зевнула я. — Суп в холодильной комнате.

Милах пригрелся под боком и из-под покрывала мордочку не высовывал, так что я решила познакомить их позже.

— Ты сама в порядке? Как себя чувствуешь? — сипло спросил маг.

— А мне-то что будет? Переволновалась, конечно, но ты справился. Ты молодец. Я ещё немного посплю. Не переутомляйся только, — ещё один мой зевок застал Ирихана в дверях.

Я прикрыла глаза и провалилась в сон.

Проснулась уже в обед. Милах недовольно завозился, стоило мне пошевелиться. Ишь какой деловой, ему лишь бы спать. Вообще, отличный питомец. Мирный, милый и всё время сопит в две дырочки. Идеальный компаньон для лентяя.

Искупалась, оделась в чистое. В шкаф Ирихана я уже лазила, как к себе домой. Что поделаешь, такая вот нелёгкая попаданская доля. Нет своего? Бери чужое и мило улыбайся. Мой невольный пациент нашёлся в гостевой спальне. Дрых, обняв Ньоку, и посапывал. Все окна в доме снова имели нормальный вид, осколков и песка нигде не было, разве что стёкла кое-где стали гораздо мутнее, чем раньше.