Книга Триада, страница 37 – Ульяна Муратова

Ничего подобного я не ощущала. И видела так же, как и всегда — плохо! Седая от звёзд ночь окончательно вступила в свои права. Если бы напавшие сейчас исчезли среди дюн, мы бы не заметили, куда. Луны ещё не вышли, одна робко пробивалась из-за горизонта, второй вообще не было видно.

Главарь вернулся за нами спустя полчаса, не раньше. Шура осталась сидеть на песке — прятала саблю. Мы тоже держались рядом.

— Кто вы такие? — густой властный голос заставил вздрогнуть.

Черты лица говорившего плохо просматривались. На фоне неба — только светлое пятно лица и тёмные провалы глаз и рта. Маски все давно сняли, солнце-то зашло, а без них дышалось легче.

— Мы из Тихерры, другого мира, — я терпеливо начала объяснять с самого начала.

Он слушал, не перебивая, и внимательно смотрел на наши лица. Особенно задержал взгляд на целительнице. Его магия коснулась нас дважды — это я ощутила явственно, хоть и не поняла, каким чувством.

— Значит, так. Я вам верю. Вам повезло, что до фидира вы не доехали. Вряд ли вам понравилось бы то, что они делают с людьми, не способными фидию оплатить. Мы вам не враги, если вы не станете создавать проблем и будете слушаться приказов.

— Зависит от того, какие это приказы.

Я изо всех сил старалась делать вид, что я спокойна как удав. Или удавка. На шее мертвеца.

— Не хотите — неволить не станем. Можете продолжить ваш путь, — насмешливо ответил главарь. — Против тихеррянок мы ничего не имеем. Но фахораки, припасы и ценности мы заберём. Сами понимаете — во-первых, это наша законная добыча, во-вторых, они вам никогда и не принадлежали. Смекаете?

— В смысле продолжить путь? — взволнованно спросила я. — Куда?

— В лапы к фидирам, видимо, — главарь пожал плечами. — Мы, конечно, можем взять на себя труд и заботу о целительнице и её подругах. Но только если они не станут проявлять строптивость.

Я лихорадочно обдумывала его слова, глядя в чёрные омуты глаз. Он казался самой смертью, и я невольно сжалась от страха.

— Мы… мы подумаем.

— Думайте. Если что — догоните. Мы выдвигаемся в ту сторону, — он махнул рукой вдоль оврага и ушёл.

— Что он сказал? — насела на нас Шура.

Пока мы с Алёнушкой на два голоса пересказывали короткий разговор, фигуры в отдалении сбились в кучу и двинулись прочь.

До небольшого лагеря нападавших дошли к середине ночи. Когда мы нагнали отряд, по приказу командира троим бандитам пришлось вернуться, чтобы заново замести следы, теперь уже наши. Делали они это мастерски — место нападения выглядело так, будто там никогда не ступала нога человека.

Фахораков вели под уздцы, в темноте они ничего не видели и нервно ступали длинными ногами. Несколько раз падали, но упрямый главарь командовал идти дальше. Если честно, я даже не сразу поняла, когда мы оказались в лагере, настолько хорошо он был замаскирован. Ткань палаток натягивали таким образом, будто это плавный рельеф дюны выступает из-под песка. Сверху жильё присыпали песком. Даже вблизи я не сразу догадалась, что передо мной рукотворное строение. Только когда откинули грязно-жёлтый полог, я увидела, что внутри скрывается широкое невысокое пространство для сна.

Нас определили в одну из палаток, а потом принесли скудный ужин — кое-что из наших запасов и сушёные финики. Но хотя бы воды дали вдоволь. Высоты полога едва хватало, чтобы комфортно сидеть, но не видно было ни зги, поэтому я обессиленно таращилась в темноту, сжимая руку Шуры, пока Алёна не зажгла маленький магический светлячок. Он озарил её ладонь и скудную обстановку — несколько тонких шерстяных одеял на матерчатом полу и ещё два таких же, чтобы укрыться.