Книга Триада, страница 15 – Ульяна Муратова

— Тогда подъём. Будем делать зарядку, пока не согреемся. Иначе заболеем к собачьим кренам.

Зарядка — это самое последнее, чем я хотела сейчас заниматься. Но с Шурой предпочла не спорить. Я уже поняла, что она из тех людей, кто прав по сути, но неправ по форме. Опять же, не хотелось проверять, что она может учудить, если начать ей перечить. Поэтому, когда она подняла дрожащую Алёну и выволокла под свет луны, я молча пошла следом. И принялась вяло приседать, махать руками и отжиматься с коленей под властные команды.

— Алёна, ниже. Это не приседание, а кошачья отрыжка! Ты человек или цапля?

— Мне ещё рано приседать! — застонала Алёнушка.

— Ничего не рано! Самое то. Утро, можно сказать, в самом разгаре. Холодок бодрит.

— Я ходить только недавно начала! — всхлипнула блондинка.

— А приседать начнёшь уже сегодня. Думаешь, я тебя ещё хоть раз на себе попру? Нет! Я, может, не Нобелевская лауреатка, но дважды на одних граблях не танцую. Давай-давай. А то всеку!

Не знаю, сколько вечностей она нас мучила, но к концу этой пытки я не чувствовала ни ног, ни рук, ни… холода. Когда забрезжил наш второй рассвет в пустыне, я замерла и благоговейно наблюдала за буйством красок.

— Шур, надо набрать тех фиников, жёлтеньких. Вроде я не отравилась, — прислушалась я к организму.

— Прекрасно. Иди, набирай. Котелок возьми.

— Но ты же выше, — раздосадованно ответила я.

— А ты умнее, с чувством юмора и эмпатией, — с сарказмом выдала Шура. — Придумаешь что-нибудь. Насмешишь пальму, подружишься с ней, насочувствуешь на ведро фиников… Давай-давай, вперёд!

Раздосадованная, я подхватила котелок, верёвку и пошла искать нужную пальму. Вдалеке забились об деревья рогатые кабаны. Подходящие пальмы нашлись почти сразу. И росли они в рядок! Следовательно, сажали их специально! Как же мы вчера не обратили внимание? Я осмотрелась. Чуть поодаль такими же рядами росли другие пальмы, поприземистее. До фиников на них смогла дотянуться рукой. А сладкие пришлось палкой сбивать. Но ничего, мы не в том положении, чтобы привередничать.

Обратно в лагерь вернулась с полным котелком сладких жёлтых фиников и целой веткой больших тёмно-рыжих, со второго ряда пальм.

— Смотрите, я считаю, что эти пальмы тут люди высадили. Растут рядком. В природе так не бывает. И вот эти плоды тоже с пальм, что в линию растут. Возможно, это сад хозяина башни. В любом случае можно ещё поискать, что высажено человеком, и попробовать съесть. Если повезёт, не отравимся, — предложила я, устраиваясь в лучах утреннего солнца.

Шура разжигала костёр с помощью лупы, но пока без особого успеха.

— Нормальный план, — сухо одобрила она.

Я набрала в котелок воды, избавила от косточек собранные жёлтые финики и поставила вариться на огонь, когда он появился. Готовую еду ждали с нетерпением. Алёнушка было потянула руки к еде первой, но Шура ловко сняла котелок и поставила рядом с собой. Зачерпнула из него миской и принялась есть из неё прямо руками, дуя на пальцы.

Сектантка подсела рядом, вооружилась вилкой и принялась выбирать из варева кусочки поцелее. Я ждала своей очереди. Отобрать миску у Шуры не позволила осторожность, а вилку у Алёны — жалость.

Зато в конце в моём распоряжении оказался весь котелок. Еды в нём, правда, было на донышке, но котелок — вот он, бери и радуйся.