Книга 15 жизней Этейн, страница 20 – Ираида Мельникова

* * *

Верная служанка Сяо с грустью смотрела на маленькую принцессу. Хорошенькая, словно фарфоровая куколка, невинная малышка сладко посапывала и мирно улыбалась во сне. Рядом с кроваткой храпела нянька. Во время ужина той принесли кувшин с водой, и она, мучимая жаждой, выхлебала всю её без остатка. В воду ту по приказу госпожи Ван Сяо добавила сон-траву, от чего и спала пестунья беспробудно, позабыв об обязанностях и наставлениях молодой мамочки, отлучившейся на ночь в покои повелителя.

«Время не ждёт. Госпожа не простит, если не исполню её приказ. А как сделаю все, так, может быть, пронесёт и никто не узнает. Зато наглая фаворитка загнётся от горя. И все будет как раньше, по-старому. Мир, согласие, спокойствие с соблюдением вековых традиций. Так сказала госпожа Ван».

Сяо выбрала подушку, коих в детской колыбельке было множество, положила на личико младенца, перекрыв поступление воздуха через носик и ротик, дождалась, пока прекратится закатистый детский плач, затем всхлипы, конвульсии маленького тельца, а в конце — слабенький хрип, — последние попытки малышки остаться в живых. Девочка не имела возможности бороться, являясь по сути ангелочком, явившимся на этот свет для жизни, счастья и любви. Но взрослые распорядились по своему, грубо прервав её жизненный путь в самом начале.

Императрица Ван ликовала. Все это время она находилась рядом, не доверяя никому, в том числе сомневающейся служанке Сяо, и своими глазами удостоверилась в том, что приказ её исполнен. Любуясь на мёртвое личико ненавистного ребёнка, она пребывала на седьмом небе от счастья, мечтая полюбоваться на сломленную горем фаворитку У Цзэтянь. Теперь скорбящей матери ни до чего: ни до любовных игр с Императором, ни до самого государя. Материнское сердце будет разбито на тысячу мелких осколков. В конце концов Императору надоест смотреть на угрюмую, вечно плачущую женщину, и он благополучно заменит её на другую, счастливую и улыбающуюся.

С довольной улыбкой на лице Ван пнула ногой служанку. От неимоверной тяжести содеянного та каталась по полу, протяжно воя, будто раненая самка шакала, раздирая своё лицо, выдирая волосы и умываясь слезами. От грубого толчка госпожи она вздрогнула, поднялась и, еле передвигая ногами, поплелась вслед за ней вон из покоев маленькой принцессы, которая уже никогда-никогда не проснётся.

В огромном дворце все уже спали, когда из комнаты, где в колыбельке лежала мёртвая малышка, выскользнули две тени.

Далекий космос. Материнская планета Нибиру.

Коалиция Отряда Наблюдателей (КОН).

Высший Совет.

Нэйл был просто уничтожен!

«Как!!? Я отправлюсь на планету Фаэтон, где проживают примитивные существа ещё только в самом зачатке развития. Что я буду там делать? Как буду существовать в мире, где нет Этейн? Ведь она погибнет без моей помощи. Вот наказание, так наказание! Вершитель постарался устроить мне весёленькую жизнь, чтоб неповадно было, чтобы раз и навсегда я запомнил и уяснил про себя, что хорошо, а что плохо, что можно, а чего нельзя. Но я не согласен отправляться в ссылку!»

— Вершитель Никомо. Мне жизненно необходимо поговорить с Вами наедине. Срочно!!!

Нейл заметил, как нахмурился глава Совета КОН, но все же не колебался и доли секунды.

Внезапно стемнело, исчез зал заседаний, где распинали Нейла за плохое поведение, и розовое небо с облаками-пухляшками мгновенно испарилось. Нейл и глава Совета КОН Никомо оказались в малюсенькой комнате без окон и дверей, в которой из мебели были лишь стол и два стула.