Книга Попаданка и её сестры, страница 10 – Валерия Аристова

Она смотрела на тёмный силуэт дома, на свою новую, шаткую крепость, и думала. Думала о четырёх шиллингах, о запасах в погребе, которые таяли, как снег весной, о высокомерном графе из дома на холме. И вдруг, с кристальной, почти пугающей ясностью, решение оформилось в её голове.

Всё просто. Абсурдно просто. Надо выдать Вирджинию замуж.

Это была единственная реальная, социально приемлемая «карьера» для девушки их круга. Замужество с человеком хотя бы со скромным состоянием обеспечило бы безопасность всем троим. Вирджиния была прекрасна, молода, хорошо воспитана. Она могла бы понравиться кому угодно. Не этому графу, конечно, с его ледяным высокомерием, но какому-нибудь добропорядочному джентльмену, адвокату, состоятельному фермеру или даже небогатому сквайру. Ведь они происходили из хорошей семьи джентри, когда-то достаточно состоятельной, но со смертью их отца оказавшейся в полном разорении.

«Как будто это так легко, — тут же одёрнула себя Элли, сжимая руки на холодной каменной ограде. — Где его найти, этого жениха? Как познакомить Вирджинию с приличным человеком в этом забытом Богом месте? Какое приданое мы за ней предложить? Нищету и трёх нахлебников?»

Но мысль уже засела у неё в голове, как заноза. Это был план. Пусть призрачный, пусть сложный, но план. Они должны будут войти в общество Уэстли, каким бы ограниченным оно ни было. Элли должна будет создать для Вирджинии репутацию. Найти возможности для знакомства с приличным людьми из окрестностей. Это была новая игра, с непонятными правилами, но играть в неё было необходимо. Конечно, им всем троим нужны и платья, и приличные шали, и туфли, ведь невозможно представить, чтобы кто-то женился на девице в стоптанных туфлях. Тут было о чем задуматься, учитывая отсутствие маркетплейсов и стоимости тканей.

Она взглянула на холм, где в темноте угадывалась массивная тень Эббилона. Там жил человек, олицетворявший собой всё, что было им недоступно: власть, богатство, беспечность. Его мир был иным. Их путь лежал в другом направлении — через упорный труд, расчёт и, возможно, удачное замужество. Элли повернулась и тихо вошла в дом, где спали её сестры, которых она должна была защитить и устроить. Впервые за все эти дни страх отступил. Элли поняла, что должна делать. А уж как она сделает это... Об этом она подумает, конечно, завтра. Только выспится. Только ещё немного поймет, как устроен этот мир, который она знала по книгам, и совсем не знала изнутри.

Мысль пришла внезапно, как озарение, когда Элли, убирая на кухне, невольно напевала под нос песню, которую когда-то разучивала для очередного выступления со своим хором. Мелодия, чистая и уверенная, заполнила маленькую комнатку. Вирджиния подняла голову от книги:

— Ты так хорошо поёшь, Элли. Я и забыла. Ты так давно не пела.

В этой фразе прозвучала грусть — они обе словно забыли многое из прежней жизни: музыку, танцы, чтение романов вслух у камина.

«Но это же навык, — подумала Элли, замирая с тряпкой в руке. — Конкретный, полезный. Обучение музыке и пению — вполне благородное занятие для леди. Это даже не работа, это… призвание». Так могли бы рассуждать в этом мире. И за это могли платить.

На следующее утро, набравшись смелости, она снова навестила миссис Поттер, на этот раз с чёткой целью.