Книга Оладушки от Ладушки, страница 46 – Ева Финова

— Ну кто там ещё! — возмущённо обернулся дроу. — Нас нет! Сегодня точно…

По ту сторону двери стоял сам посол, взяв на себя столь нелёгкую задачу, вытащить из спальни великого и временами ужасного дознавателя из Кхуге.

— Прошу простить, но вопрос с ключами, необходимыми для нового испытания, получил новый поворот. Вас хотят видеть внизу судьи турнира. Сказать им — прийти позже? Не уверен, что вам простят подобное.

Повернувшись к Сребрене, Крейн недовольно уточнил:

— Тебе точно так важно это задание? Не хочешь хоть раз в жизни наплевать на долг и выбрать меня вместо какого-то там турнира? Только представь, сколько удовольствия мы можем получить от неторопливой жизни, пребывая в этой спальне?

— Увы, я обещала, — поджала губы ведьма, чувствуя нутром всю тяжесть ответственности, которую приняла на себя, соглашаясь выполнить задание. — Кем я буду, если вот так всё брошу?

— Принято.

Вмиг став серьёзным, Крейн выбрался из-под одеяла и в считанные секунды оделся.

— В этот раз я сам разберусь, а ты оставайся здесь. Поверь, так будет быстрее.

— Ты уверен, что судьи хотят видеть только тебя?

— Поверь, им придётся довольствоваться только моим обществом, иначе даже не знаю, сколько времени у тебя уйдёт на обратное одевание.

— Уел, жду.

Улыбнувшись, дроу оказался у двери.

— Пуговицы застегни, иначе я приревную.

— Ты вне конкуренции, дорогая, — послав любимой многозначительный взгляд, дроу скрылся в коридоре в следующий миг. Тихий разговор был едва слышен, пока оба спускались по лестнице обычным способом, не применяя магию времени.

— Отдай! — крикнула я, изрядно закипая из-за издевательств мелкой вредины. То полотенце утащит, то мыльную шкатулку сопрёт прямо у меня из-под носа.

— А неча им тут делать! — фыркнула кикимора, насупившись.

Хорошо хоть, шкатулку отпустила.

Лизун стоял на пороге комнаты и не мешал. Баба Фрося внизу осталась, уже неплохо.

— Это не тебе решать.

— То-то ты грозила нас со свету сжить. Вон, и подруга мамуленьки твоей припёрлась. Точно ведь подмогёт тебе расправиться с нами. Потому не пущу!

— Ещё чего, — не согласилась я. — Подумаешь, погрозила вам немного. А то совсем распустились. То и дело мешаете мне убираться да народ пугаете.

— А что прикажешь нам ещё делать? Скукота ведь проклятущая кругом.

— Это тебе скукота, а мне убирать. Силы тратить.

— Так-то она права, — вмешался в разговор домовой.

— Кто из нас? — в один голос уточнили мы с кикиморой.

Взгляды наши встретились, и мелкая вредина ухмыльнулась.

— Хиронька наша, — удивил домовой.

Вот уж не ожидала от него.

— Чего? — изумилась кикимора, и главное — глазки сузила. Ну точно сейчас начнётся. — Мстишь мне, да?

— Неа, — насуплено ответил домовой.

— Права-права, — повторил лизун. — Ты вечно всем мешаешь, да нас задираешь.

— Ах вы… Вы! — указала нечисть в нашу сторону. — Да я! Я… — Она растерянно огляделась по сторонам. Как назло ей на глаза попалась мыльная шкатулка. — Вот!

Взмахнув рукой, она заставила ту выпрыгнуть у меня из руки и сделать кульбит в воздухе с раскрытой крышкой.

Немудрено, мыльная щепа разлетелась по комнате во мгновение ока. А вредной мелочи было мало. Запрыгнув на подоконник, она раскрыла широко ставни и была такова.

— Лизун? — посмотрела я на него, когда оклемалась, чихнув несколько раз подряд. — Подсоби, а?