Книга Оладушки от Ладушки, страница 43 – Ева Финова

— Да нужен он, этот твой квас, — ворчливо ответил князь, но тотчас будто опомнился. — Ладно, Всеволод. Проследи, чтобы не скрылась. А я пойду с гостями потолкую.

— Можно я тоже? — спросила вдруг, отчётливо понимая — не хочу оставаться наедине с дружинником, иначе быть беде. Такое ему устрою, если разойдусь.

— Тоже? — не понял меня князь.

— Гостей увижу, вдруг они слышали про мою маму. Давно от неё весточек нет.

— А… так это твои сообщники, да? — покивал князь. — Хорошо, идём послушаем, что они скажут.

Ничего не ответив, я предпочла промолчать и не тратить сил на пустые разговоры. Ведь если он сам уже себе всё надумал, то мои слова мало что изменят. Но как же я ошибалась, полагая, будто в соседушке моей остались хоть какие-то зачатки человечности и здравого смысла. Обозлившись на меня и надумав себе всякого, она накинулась на меня, едва мы с князем вышли во двор.

— Как знала, что это всё она! — крикнула скандалистка, брызжа слюной от злобы. — Она всё украла!

— Что украла? — спросил князь, не меньше моего смутившись. — Кто такая?

— Это соседка Мельхиоры. Сама мне призналась, будто подглядывала за ней в кухне, желая выведать секреты, встала на пенёк и оступилась, упала наземь. Ушиблась немного.

— Оно и видно, — вздохнул князь. — Так что она украла?

— А вы её разве не за этим схватили? — пошла на попятную Златояра.

— Злобу она против меня затаила, думает, будто я её сына соблазнила, — попыталась защититься я.

— Ну-ка не перебивай, я её хочу услышать.

— Да вот это и украла. Всё вот это, — стиснув кулаки, она едва не кинулась в драку. — Ведьма!

— А вот это серьёзное обвинение. — Князь перехватил занесённую для удара руку соседушки, вовремя. Иначе я бы вынужденно применила магию и раскрылась раньше времени. — Чем докажешь?

— Дак ворожит она на всех, тем и нравится. Оладушки, думаете, почему так все любят, а?

— Обычный рецепт, — пожала плечами я. — Ещё от бабушки мне достался.

— Врёт она всё! — вскричала Яра. — Ворожит на всех, и мужчин уводит! Поэтому и ходют к ней за оладушками. Ага, знаем мы, что за оладушки она печёт.

— Охолони, — крикнул на неё князь. — Даже будь она трижды ведьмой, ты уж больно жаждешь её в кандалы заковать. В чём ненависть твоя кроется? Ревность, зависть? Злобу затаила?

— Муж её был ей обещан, но пожелал жениться на Сребрене, — издалека ответила рыжая гостья, скорым шагом приближаясь в нашу сторону. — Ну здравствуй, Хира. Давно не виделись!

— Леди Фрета? — изумлённо повернулась в её сторону. — Вы ли это?

— Я, как видишь. — Она развела руки для объятий. — Иди сюда, дорогая моя. Если не побрезгуешь обнять такую грязнулю.

— Видно мне, это знак князя? — За её спиной широким шагом шёл высокий мужчина в лохмотьях. — Говорить можно, но сложно. Я так сказал? — спросил он, оборачиваясь к ещё одному гостю Круговерти. — Или не так?

— Не совсем, — ответил ему высокий статный эльф в красивом одеянии.

Приобняв мамину подругу, я и впрямь почувствовала исходящий от неё неприятный солёный запах, но предпочла об этом промолчать.

— Нам бы помыться и затем уже ответим на все ваши вопросы, — подмигнула мне Фрета. — Знакомьтесь, это Валтор Светлоликий. Всё равно наш гильдейский мечник не успокоится, пока его не представят.

Тот самый мечник довольно кивнул, явно ожидая перечисления всех титулов и заслуг. Вот только громкий поросячий визг заставил присутствующих резко устремить взгляд вдаль. Люди князя, стоящие невдалеке от нас, недоумённо переглянулись, заметив проплывающего по воздуху свинохрюка.