Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 83 – Сандра Барро

— Любопытно, — я прикрыла глаза, анализируя услышанное. — Но чем я могу помочь в этом деле? Разве полиция или ваши... коллеги не могут выследить её, если она действительно в городе? Вы знаете, где она сейчас?

— К сожалению, нет, — Соколов вздохнул, и его плечи чуть поникли. — Полковник Родин в отчаянии обратился к госпоже Ведовской. Он передал ей медальон жены, надеясь, что она, как медиум, сможет указать путь. Но результат оказался двусмысленным. Татьяна Фёдоровна определила, что Ирина жива. Среди мёртвых её нет. Только вот... кое-что она всё же почувствовала. Некую тяжесть, тягучую и тёмную. Госпожа Ведовская предположила, что здесь имеет место проклятие, природа которого ей не вполне ясна. Она посоветовала обратиться именно к вам, учитывая ваш... специфический подход.

Я медленно кивнула, чувствуя, как внутри просыпается азарт исследователя.

— Ну что же, — сказала я, поправляя складки платья. — Я постараюсь помочь. Медальон у вас?

— Да, — ответил подполковник и достал из внутреннего кармана плотный конверт.

Он осторожно вскрыл его и вытряхнул на зелёное сукно стола небольшую вещицу. Это был изящный золотой медальон, покрытый тонкой вязью гравировки. А внутри него на двух овалах — миниатюры мужчины и женщины. Я помедлила секунду, настраиваясь, а затем решительно взяла подвеску в руки. Холод металла мгновенно сменился обжигающей пульсацией. Пространство кабинета качнулось, стены раздвинулись, и я провалилась в чужое яркое воспоминание.

Перед моими глазами стали проноситься образы, сменяя друг друга с калейдоскопической быстротой. Вот молодая женщина, удивительно красивая, с той самой ослепительно-белой прядью на виске. Она смеётся, её глаза сияют счастьем. Она убегает от высокого мужчины в мундире, прячась за берёзами, а солнечные блики играют в её волосах. Это был момент абсолютного счастья.

Но в одно мгновение всё изменилось. Смех оборвался, превратившись в беззвучный крик. Радостные лица перекрыла стена яростного рыжего огня. Жар был настолько реальным, что мне показалось, будто мои собственные лёгкие наполняются дымом. Медальон в пальцах дрогнул и налился нестерпимым, почти физическим жаром. Кожу обожгло, и я, не выдержав, выпустила его из рук.

Вещь со звоном упала на стол. Меня накрыла волна тошноты — обычная расплата за резкое применение дара без должной подготовки. Я молча смотрела на золотую безделушку, а перед глазами всё ещё плясали огненные всполохи. В этом пламени я видела лицо Ирины. Она смотрела на меня умоляющими глазами, лишёнными надежды, но полными боли. Её губы шевелились, и я скорее интуитивно разобрала одно-единственное слово: «Помоги».

Встряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, я накрыла медальон салфеткой, словно пытаясь заглушить безмолвный крик. Затем подняла взгляд на Соколова. Он смотрел на меня с нескрываемым беспокойством.

— Татьяна Фёдоровна права, — мой голос слегка дрожал. — Здесь всё очень непросто. Но сейчас, в эту минуту, я не могу сказать вам ничего определённого. Мне нужно поработать над этой вещью. Возможно, мой помощник Жаргал сможет пролить свет на ту сторону вопроса, которую я пока не в силах осознать. Как только у меня будет информация, я тотчас оповещу вас.

Подполковник ещё несколько минут сидел неподвижно, глядя на пламя свечи, словно пытаясь разглядеть в нём ответы на свои вопросы. Затем он сдержанно кивнул и встал.