Книга Госпожа Туманова. Коллекция проклятий, страница 215 – Сандра Барро

— Боже… что я говорю. Вы взрослая женщина, а я веду себя как безумец. Возможно, всё же просто ревную. И сегодня, увидев вас рядом с ним, вдруг понял, что ускользаете. Я ведь искал в вас спасения, Полина. Искал чистоты и покоя, надеясь, что ваша светлая душа вытеснит этот застарелый яд, что копился во мне годами. Но это было эгоистично с моей стороны.

Высокопоставленный чиновник, всегда такой безупречный и подтянутый, сейчас выглядел совершенно разбитым. Я ощутила, как внутри поднимается волна глубокого сострадания к этому бесконечно одинокому человеку, годами носившему незаживающие раны души. — Теперь, когда Элеонора вернулась, я не могу лгать ни себе, ни вам, — тихо закончил камергер. — Но я хочу, чтобы вы знали: моё восхищение и желание защитить вас — это самое искреннее, что осталось в моей душе.

Карета плавно остановилась у моего дома…

Мы попрощались сдержанно, как и подобало добрым друзьям, установившим незримые границы. Поднимаясь к себе, я надеялась застать Жаргала дома. Шамана не было с самого утра, и это отсутствие тяготило меня. Вчерашняя суета совершенно вытеснила из головы то важное, чем я обязана была поделиться. О подозрении, которое с каждой минутой крепло всё сильнее: среди моих преследователей был тот, кого нельзя было назвать человеком в привычном смысле этого слова. Его занятия с Машей, письмо, поспешные сборы, обсуждение моего туалета для ресторана сбили с толку.

— Жаргал ещё не возвращался? — спросила я у Евдокии, едва переступив порог.

— Нет, барыня, — покачала головой служанка, принимая мою накидку. — Не изволили быть.

В доме стояла непривычная тишина. Переодевшись в домашнее платье, я велела подать ужин в кабинет. Насладиться кухней «Дюмона» мне так и не довелось: вечер оказался слишком богат на события. В надежде привести мысли в порядок я села за работу, хотя тревога по-прежнему не желала отпускать. Перед глазами то и дело всплывало лицо графа Северского. То, что он шпион, не вызывало удивления: в нашем мире маски носят все. Но вот его сила... Она была странной. Совсем не похожей на ту первобытную разрушительную мощь, которой владели Вальмонты. В Александре чувствовалась неукротимая сила, заключённая в рамки воли, словно он долгие годы безжалостной дисциплиной учился подчинять свою сущность. Но он почуял меня. Мгновенно. В его взгляде я прочитала узнавание... он увидел во мне Тьму так же ясно, как я увидела её в нём. Вспоминая же царственную грацию Элеоноры, я всё больше убеждалась: графиня тоже наделена силой. Однако разобраться в её природе я не успела — всё произошло слишком быстро.

Глаза слипались, вопреки всем тревожным мыслям о Северских и Русакове. Усталость после тяжёлого вечера брала своё, а Жаргал всё не появлялся. «Где же носит моего «брата» по ночам?» — лениво промелькнуло в голове, прежде чем я окончательно сдалась и признала поражение в этой битве с дремотой. Пройдя в спальню, разделась и с облегчением скользнула под одеяло. Уже проваливаясь в вязкую темноту, я уловила едва слышный звук — знакомую поступь. Шаман вернулся. Он тихо, словно тень, шёл по коридору, стараясь не нарушить покой погруженного в сон дома. Я порывалась встать, стряхнуть с себя это оцепенение и выйти к припозднившемуся другу, чтобы, наконец, выговориться и спросить, где он пропадал, но тело словно налилось чугуном. Сон медленно, но неотвратимо утягивал меня за собой, гася последние проблески бодрствования. «Ладно, — подумала я, окончательно теряя связь с реальностью, — завтра. Завтра я его точно не упущу».