Книга Лекарь слепого генерала, страница 123 – Елена Смертная

— Стоит ли мне опасаться, что зрение вновь пропадет? — с тяжестью в голосе спросил Лео.

— Как знать. Никто не даст вам гарантии. Наверняка, ваш доктор скажет больше, выпишет упражнения для глаз или что-то в таком духе, — он усмехнулся, как бы намекая, что всё это пустое. — Но, по сути, стоит только надеяться на лучшее. И молиться. Если вы верующий, конечно.

— После войны сложно быть атеистом, ведь я смог всё пережить и как-то выкарабкаться. Но это сейчас неважно. Мы можем пойти к сыну?

— Конечно, — доктор отступил от двери, и мы поскорее поспешили к Престону. Если честно, мне хотелось сделать это с самого начала. Но возвращение зрения к Лео — не менее важное событие, потому я сдержалась.

— Милый! — радостно воскликнула я, заметив, как сын приподнимается на диване, где ранее лежал. Уже через секунду я с теплотой обняла его, а он поспешил обнять меня в ответ. Вцепился словно испуганный слепой котёнок, который наконец нашел маму.

Престон явно нисколько не обижался за мой промах и просто хотел быть рядышком с родными людьми. Личико малыша опухло, но он больше не плакал. На лбу красовался ровный шовчик.

— Как ты себя чувствуешь? — Лео сел рядом с Престоном с другой стороны.

— Лучше. Доктор чем-то помазал рану, — мальчик хотел прикоснуться ко лбу, но одернул руку. — Сейчас болит меньше…

Нужно будет наложить ему повязку. Странно, что этот доктор-ханжа ничего такого не сделал, просто зашил и обработал рану.

— Шрамы украшают мужчину, поверь мне, — Лео с тихим, добрым смешком похлопал сына по плечу. Тот сразу внимательно осмотрел отца.

— Папа, так это правда? Ты снова видишь?

Я ослабила свои объятия и с улыбкой посмотрела на Леогарда.

— Да, — с упоением и наслаждением ответил генерал, медленно моргая.

— И как я тебе? — Престон важно выпрямился, желая казаться выше.

Я уловила, как у мужа даже дрогнул подбородок — он не видел своего ребенка больше трёх лет. Даже дольше. Ведь ранее был на войне, пока Престон жил с семьей матери.

— Сильно вырос. Прям возмужал, — бодро заговорил Лео и перетянул сына к себе на колени. Как же приятно и непривычно было наблюдать, что он так легко ориентируется в пространстве. — Сразу видно, мой сын.

Престон весело хохотнул, совсем забыв о своей ране. Генерал же посмотрел на меня и перевел внимание сына:

— И мама у нас невероятно красивая, верно? Кажется, ещё прекраснее, чем я её помню, — шепнул он с такой трогательностью, на которую, как мне казалось ранее, черствый генерал попросту не способен. Но я ошибалась.

— Да-а-а, — согласился Престон. — Но она куда красивее, когда не плачет.

Тут я поняла, что по лицу снова бегут слезы. Однако уже от счастья. Быстренько вытерла щеки и только сейчас до конца осознала: Престон всё же назвал меня мамой. А я моментально переключилась и теперь не могу думать о нем как-то иначе, кроме как о сыне.

— Как же я вас люблю, — призналась с чувственным вдохом и потянулась вперед, чтобы обнять моих дорогих мужчин…

Как хорошо, что все испытания сделали нас только крепче и сильнее.

Возможно, вот оно, счастье, к которому мы так долго шли?

— Престон, я вижу, ты умный и воспитанный молодой человек, — с улыбкой говорил мистер Коллинс, директор Вестминстерская школы. — И мы будем очень рады, если ты решишь у нас учиться.