Книга Очень приятно, бездомный тэнгу, страница 101 – Чайный Лис

От одного упоминание завтрака в животе Хару заурчало.

— Не откажусь, проводите меня на кухню?

Он общался непривычно вежливо для слуг, чем только смутил мужчину.

— Молодой господин желает завтрак в постель? Что вам принести?

— Не стоит беспокоиться, просто проводите на кухню, — попросил Хару, не видя в этом ничего странного.

Сам он проголодался, а раз слуга предлагал принести завтрак, то, наверное, несложно и Хару отвести. Во всяком случае, не придётся возвращаться с едой, а потом ещё и грязную посуду уносить. Хару не желал доставлять другим неудобства, тем более ему ещё предстояло выяснить, как стать достойным и снять красную ленту со лба!

Слуге ничего не оставалось, кроме как поклониться и предложить следовать за ним. Хару не имел ни малейшего понятия, как ориентироваться в этом замке, он с детства знал лишь дворец Кинъу, а крупные новые места казались одинаковыми и похожими друг на друга, будь то лес или дом Асахи. Слуга уверенно вёл его по одинаковым светлым коридорам, по которым Хару сам бы в жизни не добрался до нужного места.

На удивление, на кухне уже находилась Акико, которая тоже рано встала и первой пришла позавтракать. Она с возмущением показывала на свою тарелку и кричала на поваров:

— Я просила не варёные яйца, а сырые! Не надо мне их меньше готовить, чем те первые, просто дайте сырые!

— Да как мы можем? — в отчаянии спрашивали повара и кланялись с ивзинениями.

Хару зашёл в кухню и приблизился к ним.

— Лучше дайте ей сырые, поверьте, — затем он обернулся к жрице. — Доброе утро, Акико.

— Доброе утро, Хару.

В его воспоминаниях остался приятный ночной диалог, но он не мог понять, приснился ли тот или произошёл в реальности, а Акико вела себя невозмутимо. Хару побоялся спрашивать её о прошлой ночи: а вдруг она ему теперь снится? Поэтому он осторожно поинтересовался:

— Как спалось?

Повара принесли Хару рис, бульон с мисо, рыбные рулеты в икре и целую тарелку паровых булочек, поэтому тэнгу вместе со жрицей уселся за один из небольших столов.

— Не очень, — вздохнула Акико, дожидаясь, когда же ей наконец-то вынесут обычных сырых яиц. — Если честно, так и не смогла заснуть.

Неужели она, правда, в эту ночь посещала покои Хару?

Она огляделась по сторонам, наклонилась к белому тэнгу и зашептала:

— Это место кажется очень странным. Ты же тоже слышал, что нигде в окрестностях нет птиц, и дело не только в моём желании отведать сырых яиц. Просто… не по себе совсем.

Хару, наоборот, расслабился и ощущал себя в разы спокойнее, чем по дороге сюда. Поначалу всё казалось интересным, но после нападения охотников он переживал, что такое может повториться, у госпожи Фуку беспокоился об Акико, затем волновался, что кои считали Асахи и его семью виноватыми в смертях ёкаев и людей. Только здесь он отбросил большую часть тревог и наконец-то вспомнил о своей проблеме, из-за которой и стремился разыскать Асахи в надежде на его помощь — из-за красной ленты на лбу.

— Мне тут нравится, — неуверенно ответил Хару, а повара наконец-то принесли Акико долгожданные яйца, с которых не сняли скорлупу. Некоторые в стороне лежали в виде жижи, на отдельных была разбита скорлупа, но там расползалась наполовину сваренная белая масса.

Акико настороженно надломила скорлупу, наклонилась к яйцу в руках, присмотрелась, принюхалась, затем подставила язык, попробовала капельку. Её лицо вмиг переменилось, на щеках появился румянец. Скорлупа в руках хрустнула, а всё содержимое вылилось в рот Акико. Та, чавкая и наслаждаясь невероятным вкусом, проглотила желанное сырое яйцо.