Книга Между мирами и нами, страница 51 – Юлия Александровна Васильева

— Юнда? — позвал он.

Тишина. Только на кухне монотонно капала вода. Кап-кап-кап. Он встал, ноги утопали в слишком мягком, слишком глубоком ковре. Он сделал шаг, другой, ковёр хлюпал, как болото.

— Юнда! — крикнул он громче.

— Она занята, — раздался голос из кухни.

На пороге стояла Настя. Но не та Настя, которую он видел час назад. Эта была вся в жирных пятнах и висячих складках жира на спине. Волосы сбились в колтун, а под глазами размазалась тушь. Девушка смотрела стеклянным взглядом, от которого шли мурашки по коже.

— Где Юнда? — спросил Алессар.

— Примеряет платье, скоро выйдет. А пока мы можем… поговорить.

Она шагнула к нему, Алессар шагнул назад.

— Не подходи.

— Ты чего? — Настя наклонила голову, изображая удивление. — Мы же друзья.

— Мы не друзья.

— А кто же? Ты парень моей подруги. А подруги — это почти семья. — Она сделала ещё шаг. — Расслабься, я не кусаюсь.

— Убери свои мерзкие руки от меня.

Настя остановилась. Улыбка сползла с её лица, как ненужная больше маска.

— Ах, вот оно что, — протянула она. — Ты про тот раз? Извини, я просто хотела кое-что проверить.

— Что проверить?

— Насколько ты верный.

Она щёлкнула пальцами. В гостиной зажёгся свет — слишком яркий, режущий глаза. Алессар прищурился. А когда проморгался, увидел, что гостиная полна женщин. Они сидели на диванах, стояли у стен, лежали на ковре. Все как одна — с тёмными волосами, в чёрных свитерах. Все с пустыми глазами и одинаковыми дежурными улыбками.

— Это мои подруги, — сказала Настя. — Мы очень дружны. Всегда друг за друга. Правда, девочки?

— Правда, — ответили они хором. Голоса слились в один — противный, механический.

— А настоящие люди? — спросил Алессар.

— Мы и есть настоящие. Просто мы устали притворяться. — Настя подошла к дивану, села, закинула ногу на ногу. — Твоя Юнда тоже скоро станет такой.

— Не станет.

— Станет. Потому что она хочет быть удобной. Хочет, чтобы её любили. А для этого нужно делать то, что от тебя ждут.

— Ты ничего не понимаешь.

— Понимаю. Я была такой же. В школе меня не любили, пока я не начала улыбаться. Мне приходилось гладить под столом чужих парней, проверяя, кому можно доверять, а кому нет.

— Ты меня проверяла?

— Конечно, и проверку ты не прошёл.

— Я не хотел проходить.

— Вот поэтому ты и не прошёл.

— Она улыбнулась, и в этот раз улыбка вышла хищной. — Ладно, хватит игр. Скоро придёт Юнда, и мы всё ей расскажем.

— Что расскажете?

— Правду. Что ты меня домогался. Что я пыталась тебя остановить, а ты не слушал.

Алессар похолодел.

— Никто тебе не поверит.

— Поверит. Потому что я умею убеждать. Потому что я — подруга детства. А ты — просто парень, которого она знает полгода. Угадай, кого она выберет?

— Вы все — твари, — сказал он.

— Возможно. Но тебе это не поможет.

Юнда открыла дверь своей квартиры и шагнула в гостиную с занавесками в цветочек. Здесь было темно, и пахло не пирогом, а пылью и потом.

— Алессар? — позвала она.

— Он занят, — раздался голос из угла.

Из темноты вышла слишком бледная, с глазами, которые светились в полумраке, как у кошки, Арина.

— Где он?

— Разговаривает с Настей. А мы пока тут поболтаем. Давно не виделись, Юнда.

— Мы виделись час назад.

— Час — это вечность. — Арина села на диван, похлопала по месту рядом. — Садись. Расскажи, как ты живёшь. Как тебе живётся с ним?