Онлайн книга «Осколки вечности в Академии Судьбы»
|
Брат молчал. Сидел каменной статуей на изгибе толстого корня и потирал грудь в области сердца. Сощурившись, я словно бы видела темную дымку, что нависала над его плечами. Давила бременем. — Ты часто бываешь тут? — спросила я, терзаясь догадкой. — Приезжал иногда с отцом, как его попечителем назначили. Потом неделю гостил на посвящении в «Сыны»… — хмуро проворчал Эмиль, расчесывая кожу под форменным кителем с золотыми пуговицами. — В последнее время все чаще. Сам он не может… В смысле, приходится многое делать вместо отца. — Это дурное место, гнилое. Университет плохо на тебя влияет, — сообщила ему. — Выйди на воздух, подыши, вспомни настоящее. Академию, ректора, заботу княгини Анны, Аврору, Эйнара, Джил… Ты заблудился брат. Но еще не поздно… — Поздно, — отрезал он, оторвался от корней и быстро ушел вверх по лестнице. С обреченным выдохом я уселась на жидкий матрас и подгребла ноги под себя. Тяжело. Горько. В соседних кельях зашевелились соседки, присмиревшие на время беседы. Эвер прошептала: «Ты хоть попыталась, это дорогого стоит». А потом тихо, осторожно просовывая слова в щель в стене между нами, рассказала, что место тут и впрямь дурное. Якобы Великий Дхар, что когда-то жил на скале и владел высшими древними чарами, был слишком силен, чтобы взять да умереть от хеккарова бешенства… Когда-то корни баньяна служили ему, докладывали обо всем, что творится в замке. О верной супруге его Эллейне, что перешептывается с харой, синей птицей Судьбы. О магодреве Джааду, чьи старые ветви сохнут и стонут, доживая последние дни в одном из оплотов магии мира. О сокрытых тенями соратниках, что готовят убийство… Но Великий Дхар не поверил, что его ближайший друг, целитель Гириш, осмелится предать господина. Допустил того в свои покои в минуты тяжелой хвори. И вместо излечения от хеккарова бешенства Гириш усугубил течение болезни черным ядом… Отпечаток этого предательства лег камнем на сердце Дхара, сильнейшего мага тех времен. Высший знал, что не успеет отомстить и добиться справедливости. Тогда он заковал всю ярость, всю боль, всю новорожденную тьму в своем сердце. По традиции в ходе ритуала «сати», названного в честь древней индийской богини, тело Дхара должны были сжечь, и его вдову Эллейну — вместе с ним. Тогда их души и капли, соединенные великой любовью, обрели бы друг друга в вечности. Никто толком не знает, как все случилось… Но ритуальный костер не зажгли. Поговаривали, что Эллейну закололи и бросили в море, дав проститься с телом супруга. А самого Дхара предали земле в основании скалы: Гириш опасался мести перерожденного. Местные верят, что черное сердце Дхара с тех пор отравляет камни. Гириш, основавший на месте замка Университет, стал первым, кто вкусил темный дурман. Он обезумел от мук совести… И, говорят, при жизни до дрожи боялся сопливых хеккаров. Пятнадцать лет спустя его израненное тело нашли на камнях, омываемых морем. Возможно, он тоже познал боль предательства. Или просто окончательно спятил. — Слишком много темной магии впитали эти стены, — шептала Эвер в узкую щель. — И все, кто был после, кто имел доступ в ритуальные залы и на нижние этажи подземелий, стали добровольными жертвами замка. Полукровок это, кстати, меньше касается. Когда я тут училась, я не слышала зова. Возможно, у мутировавшей капли какой-то иммунитет… |