Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 152 – Елена Княжина

Я крутила в руках чашку без особой надежды… Но Валенвайд все же изволил спуститься к столу. В ослепительно белой рубашке с символикой академической стражи на рукавах и черных форменных брюках. Отутюженных. И со стрелочками. Кошма-а-ар.

— Твоего «рациона» у нас нет, клыкастый, — отрезала тетя Мэл, громыхая посудой. — Но с одной стороны мясо не пропеклось, так что…

— Пойдет, — сдержанно кивнул Эрик и даже не поморщился, демонстрируя чудеса самоконтроля.

— Можно мне тоже… кусочек с той стороны, — взмолилась я, не контролируя утробное урчание. Живот гудел на всю деревню.

Мелисса вдруг мелодично рассмеялась, махнула на что-то рукой и шлепнула сочный кусок мне в тарелку. Не найдя вилки, я схватилась за кость руками и вгрызлась зубами в мясо… Зверский аппетит бывает не только у хищников.

Завтрак в мохнатой компании вышел на удивление сносным. Эрик, слава Судьбе, молчал, Мелисса тоже оставила едкие комментарии до темных времен. Декан Осворт сбежал с утра пораньше, предчувствуя, что мест за столом может не хватить.

Энди мурлыкал над новорожденным «волчонком», который в этот момент начинал подозрительно мяукать. Софи, хмурясь от необычных звуков, пыталась поскорее расправиться с порцией и вернуться к материнским обязанностям. А то «кот» дитя дурному научит.

Словом, все было мило и уютно, пока кусок мяса вдруг не начал множиться у меня перед глазами. Тарелка поплыла туманом, и вместо белой керамики я увидела прозрачные ступени. Словно из мутного хрусталя выстроганные.

Я тут уже была? Нет? Память не давала подсказок.

Оранжерейные стены облепляли звездочки белых цветов. Плющ изумрудной змейкой стекал по углам лестницы.

Черные ботинки ступали осторожно. Шаг, еще шаг… Охранные чары не действовали, и спуск давался легко.

Наконец идущий остановился и навис над саркофагом. То ли стеклянным, то ли ледяным… Мутным, словно бы запотевшим.

Гость нагнулся, выдохнул на стекло, потер рукавом… И я с ужасом узрела Августуса Блэра — такого, каким его рисуют в учебниках. С платиной прямых волос, уложенных на плечи, с яркой бирюзой открытых глаз… Взгляд был цепким, прямым. Пробирающим. Точно в самую душу заглядывал.

Темный принц лежал внутри! Живой!

А потом морок ушел… и оказалось, что под хрустальным «льдом» отдыхает дородная пожилая леди. Ее веки были умиротворенно закрыты, ресницы не трепетали, а тело сковало заклятием.

На холодную крышку легла рука. Мужская, аккуратная, с чистыми ногтями и гладкой кожей, не знавшей труда. Блеснула золотая пуговица на манжете перламутрового пиджака.

Пальцы щелкнули, и все вокруг пришло в движение.

* * *

С неприличным звоном я отодвинула от себя тарелку и чуть не разбила чашку. Вдохнула, выдохнула… И резко вскинула лицо на Эрика.

— Нам нужно идти. Происходит что-то чудовищное… Прямо сейчас, — прошептала в панике.

— Что ты видела, Веро? — Софи подняла на меня испуганные глаза и в порыве перехватила у Энди ребенка. — Кто-то идет? За нами?

Я быстро замотала головой, осознав, что переполошила всех не на шутку. Малыш расхныкался, господин Макферсон покрылся шерстью на щеках, а Мелисса выронила поварешку.

— Никто не идет. Не сюда, — набрав воздуха в грудь, просвистела я. Огляделась затравленно. — А где профессор Осворт?

— С Андреем, в академии, — отозвалась тетя Мэл.