Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 123 – Елена Княжина

— К троллям, Расков… Десять месяцев. Потом Ника ваша, — уступил граф, вызывая индуса с кофе.

На этот раз на подносе дымились две чашки, вторую предложили Раскову. Алекс переиграл Судьбу!

— Делайте с ней, что хотите, хоть на части режьте, хоть для грязных игр используйте, — лениво позволил папа. — Или как там Темный принц развлекался?

Они разделили меня, как трофей! Не особо нужный, но в умелых руках способный принести толк.

Бесшумно рыча, я кусала пальцы и пыталась не разораться. Гады. Маньяки. Психопаты!

А я еще Раскову видение пересылала. Зачем? Да пусть бы они… Пусть бы уже загрызли друг друга, лишь бы меня в покое оставили!

— По рукам, господин Ланге, — Алекс горячо пожал папину скользкую ладошку и незаметно вытер пальцы о брюки. — Я подарю вам еще одну вещь. Нашел в подвалах отцовского замка, он припас шкатулку на черный день… Убийственный концентрат темной материи. «Тюльпан». Осталось на донышке, но на одного вампира хватит.

С легкой дрожью парень достал из потайного кармана серебряную шкатулку и аккуратно поставил на стол отца.

— Видите, граф? Для вас я не опасен, я хочу союза, — вкрадчиво прошептал Алекс, отступая на шаг и поднимая руки, «сдаваясь». — Иначе давно мог капнуть отраву в кофе или на уголок конверта… Для нас с вами смерть мгновенная, а вот вампиру — мука. Долгая, беспощадная. Смешайте несколько капель с кровью девицы, и за невинной сладостью Валенвайд не поймет, что уже убит.

— Как это будет? — отец облизнулся заманчивой перспективе.

— Болезненно, медленно, с гарантией. Вы успеете пнуть его ботинком и поглядеть в угасающие глаза, — поблескивая зрачками, пообещал Алекс. — Сверху вниз, возвысившись над павшим зверем. Вам нравится?

— Я обычно не пачкаю руки, мой мальчик, — засомневался отец. — К тому же Валенвайд может пригодиться… Жидкости трехсотлетнего вампира — это почти эликсир бессмертия. Зачем убивать дойную самку хеккара?

Ну-ну… Не пачкает. Помню я, как метко он пырнул кинжалом прошлого Алекса. Не знавшего о беде.

Тогда их беседа была иной, значит, видение пошло не по плану. Неужели можно переменить судьбу?

— Добровольно он вам жидкости не отдаст, — не согласился Расков. — Когда приходится выбирать, жизнь или накопления… Я всегда голосую за жизнь. А вы?

— Допустим.

— Обязательно смешайте с кровью невинной девы, тогда вампир не заметит подвох, — торопливо инструктировал Расков, с тревогой оглядываясь по углам кабинета. — Сладость непорочности хорошо перебивает вкус тьмы. И сделайте… сделайте этому грязному ублюдку так больно, чтобы это место посмертной татуировкой вплелось в его грязную суть!

— А я смотрю, это личное? — тихо рассмеялся отец. — В нашем деле важен холодный ум, мальчик… Ты слишком горяч. Если надеешься играть по-крупному, никогда не выдавай свой истинный интерес.

— Я… учту, — буркнул Расков, потупив взгляд. — Вампир перешел дорогу нам обоим. Он испортил мою чистенькую невесту, не позволил заключить древний ритуал…

Постучав ногтем по серебряной шкатулке, парень залпом допил горячий кофе и подошел к окну. Перегнулся через подоконник, щедро заполнил легкие океаническим воздухом.

Его позиция даже мне показалось глупой: ну кто поворачивается к потенциальному убийце спиной, да еще встает у самого края?

— От меня способ, от вас — исполнение. А потом я гарантирую вам свою верность, — шептал Расков, не оборачиваясь к графу. — Полукровки, что верны мне, будут служить вашим интересам, сами того не зная. Я брошу все к вашим ногам, граф. Мои знания о древней магии, которой давно не чуяли стены этого великого замка… Только убейте упыря и отдайте мне свою дочь. Обещаю, я сохраню вашу тайну. Даю слово Блэра.