Книга Поклянись, что это правда, страница 94 – Меган Брэнди

Мы дожевываем остатки, когда он вдруг смотрит на меня.

— Что? – спрашиваю я с набитым ртом.

— Кое-что хотел бы прояснить. Я тебе сказал «ты убиваешь меня». – Он усмехается. – Не бойся, рискни еще разок, и в следующий раз я не отвергну тебя.

— Поклянись.

Он смеется и легонько пихает меня ногой, потом качает головой и снова смотрит себе в тарелку.

— Клянусь.

Я улыбаюсь. Все теперь прекрасно. Если подумать, то ничего и не портилось.

Никакой неловкости не возникало, только я чуть-чуть огорчилась, но Ноа быстро утешил меня.

С ним всегда так. Легко, приятно.

Стоит нам опустошить тарелки, Ноа поворачивается ко мне, и я делаю то же самое. Через мгновение он говорит:

— Расскажи мне о себе.

Я глубоко вздыхаю:

— Что ты хочешь знать?

— Все.

Замираю на долю секунды, мышцы живота напрягаются, я нервно хихикаю.

— Хммм… – произношу задумчиво. – Я люблю комедии.

— Знаю.

— Еще я люблю пасту.

— Это я тоже уже знаю.

— Ладно… я не люблю цветы. – Его брови удивленно приподнимаются. – То есть люблю, но считаю, что это бессмысленный подарок. Всего через несколько дней вся эта красота отправляется в мусорное ведро.

— Принято к сведению. – Он посмеивается и выжидающе смотрит на меня.

— Еще?

Ноа кивает.

Я смеюсь и рассказываю еще кое о чем, чего он пока точно не знает.

— Мой любимый цвет – голубой.

Ноа чуть прищуривает голубые глаза и внимательно разглядывает меня, потом улыбается довольно дерзко и самоуверенно, и я швыряю в него подушкой, потому что чувствую, что не в силах устоять перед подобным очарованием.

Он смеется и откидывается на подушки.

Следующие несколько часов мы болтаем об ушедшем детстве, вспоминаем те вещи, по которым сейчас скучаем.

Когда он уходит в три часа утра, я запираю за ним дверь и вдруг понимаю, что уже с нетерпением жду следующей встречи.

Арианна

Наступает среда, промежуточные экзамены в самом разгаре, и кофеин – единственное, что спасает нас. Бóльшая часть обитателей кампуса занята учебой, деловыми встречами, обсуждениями, сочинениями, и все постоянно куда-то спешат. С Кэмерон я виделась за неделю два раза, один раз поговорила с братом, написала ему пару раз, а с Ноа не встречалась вообще, хотя мы, само собой, шлем друг другу сообщения.

Вот только сегодня он мне не ответил. Возможно, потому, что вчера команда весь день была в пути, а утром у них матч. Не знаю точно, каков распорядок его дня, но не сомневаюсь, что он постоянно занят, и ему это по душе. Игра закончилась… не в пользу нашей команды, и это, конечно, повод не пообщаться со мной. Ресивер, он же принимающий, упустил мяч, его перехватила команда противника и заработала тачдаун, очко. Помимо этой неудачи, Ноа потом дважды сбивали с ног, и тренер вывел его из игры, потому что парень начал хромать.

Мейсон должен был выйти на замену, но времени оставалось мало, и мы в результате продули.

Но с Ноа вообще-то все было в порядке, я видела, как он уходил с поля после интервью.

Я сама написала ему после игры, но он все равно не ответил – думаю, он из тех, кто замыкается в себе после поражения и размышляет, как так получилось. Вот почему теперь я сижу, уставившись на Кэмерон, и не знаю, что делать.

Подруга пихает меня бедром.

— Ну, ты идешь или нет?

— Они вернулись домой только два часа назад. Ты уверена, что они готовы тусоваться? Может, им хочется, ну, не знаю, поспать.