Книга Ничего мне не обещай, страница 33 – Меган Брэнди

Солнце греет мою кожу, и я радуюсь его сиянию. Мы проходим полмили, и я задерживаю дыхание, когда мы доходим до знака «стоп». Пляжный домик Мейсона и остальных находится прямо напротив, на подъездной дорожке стоят знакомые машины.

Я покусываю щеку с внутренней стороны. Было бы невежливо пройти мимо, не поздоровавшись. А еще неловко, если бы я попыталась это провернуть и меня наверняка бы заметили из окон.

Решение принимается само по себе, когда позади раздается звуковой сигнал, и, оглянувшись, я замечаю Ноа, который подруливает к тротуару.

Он улыбается и выпрыгивает из машины, а его давняя подруга Пейдж вылезает с пассажирского сиденья.

Он подходит ко мне и, широко улыбаясь, опускается перед коляской:

— Привет, приятель. Ты пришел поиграть со своим любимым другом?

Я смеюсь, и Ноа с ухмылкой поднимает взгляд, но только на секунду, протягивая Дитону ладонь.

— Дай пять, – подбадривает он, поднимая руку Дитона и хлопая по ней своей.

Дитон радостно дрыгает ногами, с его губ стекает слюна.

Ноа мягко улыбается, его глаза задерживаются на моем маленьком мальчике на несколько мгновений, прежде чем он прочищает горло и пытается встать.

— Давай я помогу занести его внутрь, – предлагает он.

— О нет, я пока не собираюсь его вам отдавать. Сначала у нас будет маленький день мамы и сына.

— Разве у вас не каждый день – день мамы и сына? – поддразнивает Пейдж, подходя ко мне и быстро обнимая.

— Привет, красотка. – Она мило улыбается.

— Я слышала, ты арендовала студию дальше по улице. Поздравляю.

Пейдж пожимает плечами, как будто в этом нет ничего особенного, но румянец на ее щеках говорит об обратном.

— Я хочу превратить ее в культурный центр отдыха, но мне еще нужно разобраться со всеми тонкостями. А до тех пор счета будут покрываться частными уроками по выходным. – Она смеется.

Ноа улыбается, переводя взгляд с входной двери на меня.

— Ты же понимаешь, что, если Ари узнает, что ты прошла мимо и не зашла, она расстроится. Не уверен, что я это переживу. – Он дразнит, но в то же время он абсолютно прав.

— Просто напомни ей, что она заедет за ним в половине седьмого, и, думаю, с ней все будет в порядке.

Ноа драматично вздыхает, но потом улыбается:

— Давай, Пейдж. Пойдем разобьем сердце моей девушки.

Я машу рукой и ухожу как можно быстрее, сворачивая на боковую улицу, которая ведет меня не в ту сторону, но это лучше, чем если бы кто-то меня догнал.

Я не хочу никого обидеть, но мне нужно немного побыть наедине с Дитоном.

Особенно сегодня. Пятого июля.

Ровно год назад он приехал в Оушенсайд.

Он приехал сюда только из-за меня.

Я – причина его смерти.

Тебе, должно быть, действительно нравится мучить себя.

Неприятная мысль проносится в моей голове в тот момент, когда я выхожу из машины на красивую каменистую извилистую тропинку. Она украшена гранатовыми лилиями, каждый букет аккуратно уложен в маленькие серебряные вазы, обвязанные сиреневыми лентами. Цветы ведут к массивной арочной двери, сквозь которую видно большой зал в центре.

Мужчина у двери улыбается и приветствует меня, протягивая руку, чтобы пригласить войти, но прежде, чем я успеваю переступить порог, выбегает пожилая женщина и, схватив меня за запястье, тащит вперед.

— О, слава богу! Мы очень рады, что вы смогли прийти. Все только что заняли свои места, и сейчас подадут ужин. Для вас тоже есть место и тарелка. Надеюсь, вы любите лосося. Кстати, меня зовут Эвелин. Мать жениха.