Книга Ничего мне не обещай, страница 122 – Меган Брэнди

— Может быть, это связано со следующим сезоном? – спрашиваю я.

— Возможно. Посмотрим. Теперь ты знаешь, что делать, – отвечает он.

Я закатываю глаза, хотя он этого и не видит. Затем я проверяю температуру воды, помещаю Дитона в ванну и нажимаю кнопку, чтобы подключиться к FaceTime. Мы делаем это каждый день с тех пор, как вся компания вернулась в кампус на весенний семестр.

Лицо Мейсона появляется на экране, и что-то сжимается у меня в груди. Щеки горят от неожиданного волнения, но я ничего не говорю, потому что он смотрит не на меня, а на Дитона. Он широко улыбается и начинает говорить с ним, как будто они ведут полноценный разговор.

Как будто Дитон вообще понимает, что происходит.

Мейсон шутит с ним о его утренней тренировке, и когда Дитон начинает размахивать руками в воде, улыбка Мейсона становится шире.

— Черт возьми, дружище, посмотри, какие у тебя мощные руки! – говорит он, хихикая. Я тоже начинаю тихо смеяться.

— Он становится пухленьким, не так ли? – спрашиваю я, щекоча его животик.

— Нет, он становится сильнее. Скажи ей, малыш Ди.

Дитон продолжает брызгать, и на мгновение я задумываюсь, понимает ли он, что к нему обращаются.

Мейсон улыбается, и когда он смотрит прямо на экран, словно прямо на меня, мои щеки почему-то вспыхивают.

Я сглатываю.

— Почему ты без рубашки?

Ухмылка, появляющаяся на его губах, убийственна, и я почти снова закатываю глаза, но что-то заставляет их не отрываться от экрана.

Боже, он… потрясающий.

Я прочищаю горло.

— Мне пришлось прийти на утреннюю тренировку пораньше. Моя встреча с тренером проходит в обычное время, поэтому я здесь. – На заднем плане раздается свисток, и он поворачивает голову влево, поднимая руку, чтобы прикрыть глаза.

— Джонсон, какого хрена ты творишь?

Мейсон ухмыляется, снова глядя на экран.

— Упс. Я попался. Дай мне взглянуть на тебя, прежде чем я уйду.

Я качаю головой, хотя он этого не видит.

— Возвращайся к делу, Джонсон.

Он смеется: «Да, мэм».

Мейсон на мгновение задерживает взгляд на экране, а затем кивает:

— Хорошо. Мы готовы к сегодняшнему разговору? Я… э-э…

Я вижу его внезапную нервозность, он смотрит куда-то поверх экрана, и я тоже прикусываю ноготь, испытывая волнение.

Мейсон сглатывает, на его лице появляется серьезное выражение:

— Я должен тебе кое-что сказать. Это… Но я хочу видеть тебя, когда буду говорить, ладно? Итак, сегодня вечером, в FaceTime, мы с тобой?

Мой пульс учащается, и я беспокойно переступаю с ноги на ногу. Пытаясь подавить внезапно возникшую тревогу, я поддразниваю его:

— Неужели у тебя в колледже нет более важных дел, чем болтать со мной по телефону в пятницу вечером?

— Ха! – Мейсон откидывает голову назад, и его улыбка становится слишком дерзкой. – Мило. Это мило.

Но эта дерзость мгновенно исчезает, оставляя лишь робкую улыбку, от которой у меня повышается давление.

— Сегодня вечером, Прелесть.

Он вешает трубку, а я смотрю на пустой экран дольше, чем следует.

Мейсон

— Я сомневаюсь, тренер. Я имею в виду, я знаю, что выгляжу хорошо, но вы уверены, что у меня не может быть неприятностей из-за таких вещей? Я чувствую себя плейбоем под прикрытием, но, знаете, плейбоем для девочек.

Тренер только смеется, протягивая мне вторую бутылку чего-то, что подозрительно похоже на смазку, если хотите знать мое мнение.