Книга Ничего мне не обещай, страница 121 – Меган Брэнди

— Кто-то рано проснулся, – бормочу я, наклоняясь и беря его на руки.

Дитон потягивается, выпячивая свою маленькую попку и поднимая крошечные ручки над головой, создавая самое очаровательное зрелище.

Раздаётся тихий стук в дверь, и появляется лицо моего брата.

— Привет! – говорит он, входя внутрь и проводя руками по кудрявым волосам Дитона. – Мне показалось, я кого-то услышал.

Я улыбаюсь, позволяя ему взять моего сына на руки, и встаю, чтобы собрать всё необходимое для его купания и разложить одежду, которую он наденет сегодня.

— Следующие пару дней я буду работать дома. Ты же знаешь, что всегда можешь оставить его здесь, со мной?

Я киваю, нахмурившись от выбора гардероба – или его отсутствия. В моей стопке пожертвований для беременных есть только спортивные штаны и две пары леггинсов, которые уже довольно сильно растянулись.

Вздохнув, я достаю пару джинсов из груды одежды для беременных и выбираю одну из старых футболок, которые Мейсон дал мне, когда уже ничего не налезало на мой живот. Сейчас, на третьем месяце после родов, мой живот всё ещё выглядит таким же раздутым, как и в день рождения Дитона. Ну, плюс-минус несколько дюймов.

— Я знаю, но детский сад – это привилегия стажировки.

— Это не значит, что ты обязана им пользоваться.

— Да, но это заставляет меня чувствовать, что я… я не знаю, все делаю сама, понимаешь?

Паркер кивает, показывая забавные рожицы своему племяннику, который изо всех сил пытается дотянуться и схватить его, но пока не совсем освоил координацию движений рук и глаз.

На моей прикроватной тумбочке звонит телефон, и мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто это. Каждый день, почти в одно и то же время, мне звонит один и тот же человек.

Я не обращаю на это внимания, но Паркер откашливается.

— Я так понимаю, ты знаешь, что звонит Мейсон?

Я киваю, бросая пару носков рядом с джинсами и топом, а затем протягиваю руку за телефоном.

— Да.

— Ты собираешься ответить?

— А почему бы и нет?

Паркер приподнимает бровь.

— Потому что ты ещё этого не сделала, и твои щеки порозовели, когда я упомянул того, чье имя на экране.

У меня вырывается смешок, и я поднимаю брови в ответ, одновременно нажимая кнопку ответа и громкой связи.

— У кого-то здесь были серьезные неприятности, Прелесть.

— У тебя что, нет занятий или чего-то в этом роде? – Мой брат хмуро смотрит на чёрный экран.

Мейсон отвечает с явно слышимой улыбкой, а я, в свою очередь, кривлю губы в ответ.

— У тебя что, нет других дел, старина?

Паркер тоже усмехается, скрещивая руки на груди.

— Конечно, у меня есть занятия, – говорит Мейсон. – Я уже в пути. Это моё время для ободряющей речи.

— Ей не нужны ободряющие речи.

— А кто сказал, что речь нужна ей? Это мне предстоит экзамен из пятидесяти вопросов. Сочувствуй мне, Паркер, потому что твоя сестра не будет проходить через это.

Паркер закатывает глаза, но на его губах появляется улыбка, когда он возвращает Дитона мне и выходит из комнаты.

Я бросаю телефон в контейнер для детского душа и направляюсь в ванную.

— Он ушел.

— Хорошо. Давай начнём сначала. – Мейсон замолкает. – Доброе утро, Прелесть.

Я с улыбкой качаю головой и включаю воду.

— Доброе утро, Суперзвезда. Сегодня контрольная, не так ли?

— Да. Это будет непросто, а потом тренер попросил меня о встрече, что странно, ведь сейчас февраль, и мы видимся только во время силовых тренировок.