Книга Сто ярдов между нами, страница 89 – Джени Рин

Внутри бушевал ураган. Ярость, страх, отчаяние – все смешалось в один ядовитый коктейль. Я знала, на что способна Сидни, на что способны богатые, избалованные девочки, у которых есть власть и влияние. Один неверный шаг, одно проявление слабости – и они растопчут.

— Думаешь, я испугаюсь твоих угроз? – мой голос звучал на удивление ровно, почти безразлично. – Эта сережка может принадлежать кому угодно. Если твой парень спит с другой, поищи проблему в себе, а не выливай весь накопленный яд на остальных.

Я видела, как в змеиных глазах Сидни вспыхнул огонь. Она точно не ожидала услышать от меня такие слова, еще и на глазах у всей команды.

В гостиной повисла тишина, настолько звенящая, что, казалось, можно услышать, как тикают часы где-то в глубине дома. Девочки, до этого стоявшие, потупив взоры, теперь уставились на меня с нескрываемым удивлением. Сидни же окаменела. Ее губы дрогнули, она будто хотела что-то сказать, но вместо слов из ее горла вырвался лишь какой-то нечленораздельный звук, похожий на рычание раненого зверя.

Я не отводила взгляда, стараясь казаться максимально уверенной, хотя внутри все дрожало. Знала, что если сейчас хоть на секунду отвернусь, то проиграю. Сидни обязательно почувствует мою ложь, поймет, что ее обводят вокруг пальца, и использует это против меня. Я должна была держаться, что бы ни случилось.

Медленно, словно хищница, готовящаяся к прыжку, Сидни подошла ко мне вплотную. Ее глаза буравили меня, словно заглядывая в самую душу. Я застыла, всем видом показывая, что мне плевать на ее истерику.

— Ты пожалеешь об этих словах, Сандерс, – прошипела она так тихо, чтобы слышала только я. – Очень скоро ты поймешь, с кем имеешь дело.

Я не ответила. Просто смотрела ей в глаза, не выказывая ни капли страха. Уголки ее губ презрительно дернулись. Она ожидала испуга, мольбы о пощаде, но увидела лишь стальную решимость. Это разозлило Сидни еще больше.

В комнате вновь воцарилась тишина, но теперь она была уже не звенящей, а давящей, предвещающей бурю. Девочки, словно зачарованные, наблюдали за нашей дуэлью взглядов. Они понимали, что назревает нечто серьезное, что это не просто девчачья ссора.

Наконец Сидни отвернулась, бросив через плечо:

— Я все равно не оставлю это просто так. Вы все еще пожалеете, – с этими словами она гордо удалилась.

Я обернулась к девочкам. В их глазах читались страх и восхищение одновременно. Ни одна из них не осмеливалась противостоять Сидни. Сколько бы та ни унижала, ни оскорбляла, ни перетягивала внимание на себя – все молчали, терпели, проглатывали. Как капитан я обязана была защитить их, успокоить, убедить, что все будет хорошо. Показать, что мы все равны.

Война только началась. И я была готова к ней.

Поднявшись в свою комнату, я первым делом сняла сережку и спрятала ее подальше от посторонних глаз. Завтра же она отправится на помойку.

Холодный пот пропитал платье. Дыхание все еще было сбитым, а тело била мелкая дрожь. Я прислонилась к двери, пытаясь унять колотящееся сердце. Кто-то мог видеть эти сережки на мне. Нет, их точно видели. Так почему все промолчали?Они могли запросто сдать меня, но не сделали этого.

В дверь тихо постучали. Я тут же отскочила и увидела на пороге Грейс. Она смотрела не на меня – на мои уши, прикрытые волосами. Пристально, не моргая, будто пыталась прожечь взглядом пряди.