Книга Сто ярдов между нами, страница 10 – Джени Рин

Налив в бокал воды из бутылки, я вышла на террасу, вдохнула прохладный воздух инабрала номер самого дорогого человека на свете.

— Привет, мам, – проговорила я с натянутой улыбкой после нескольких гудков.

— Милая, как я рада тебя слышать, – отозвался теплый, родной голос. – Как игра?

— Мы победили.

— Я в этом и не сомневалась. Как девочки? Слушаются тебя?

Я вздохнула, прикрыв глаза, пытаясь унять раздражение, поднимающееся внутри.

— Все хорошо, мам. Бывает сложно, но я справляюсь.

— Мне тоже было нелегко, дорогая. Быть капитаном «Спаркс» – огромная ответственность. Ты сильная, Эми. Что бы ни случилось, я всегда рядом.

— Знаю, – прошептала я, смаргивая предательские слезы. – Я очень скучаю по тебе. После летних каникул всегда тяжело возвращаться сюда. Мне одиноко.

— Я тоже очень скучаю. А как же Грейс? Вы поругались?

— Нет, но у нее своя жизнь. Она отлично ладит с девочками, чего не сказать обо мне. Я не похожа на них, мам. Меня не интересуют вечеринки и парни. Нам даже поговорить не о чем, кроме танцев.

— Детка, нет ничего плохого в том, что вы разные. Ты не должна прогибаться под других. У тебя есть своя голова на плечах, и я очень рада, что она не забита мыслями о выпивке. Будь собой, Эмилия Сандерс. Это самое главное.

— Спасибо за поддержку.

— Ты на вечеринке? Я слышу музыку.

— Да, вышла на террасу. Не могу находиться среди пьяных студентов.

— Я горжусь, что воспитала такую дочь. Мне уже пора, родная. Скоро начнется операция.

— Твердой руки, мам. Я люблю тебя.

— И я тебя люблю, Эми.

Повесив трубку, я сунула телефон в карман и устремила взгляд в багровое закатное небо. Здесь было тихо и спокойно, в отличие от галдящего дома. Никто не орал над ухом, не обливал сомнительной жидкостью, не приставал с пошлыми шутками. Я могла насладиться редкими минутами уединения. В доме сестринства я делила комнату с Грейс и Улой. Побыть наедине с собой удавалось только в туалете или на редких лекциях, где не было девчонок из команды. В остальное время мой мозг взрывался от бесконечных вопросов и разговоров.

После общения с мамой мне всегда становилось легче. Мы нечасто созванивались из-за ее работы хирургом в местной больнице, где она выключала телефон во время смен. Но даже редкие звонки вселяли уверенность. Мама всегда знала правильные слова, чтобы успокоить меня.

Вздохнув, я допила воду и собиралась было вернуться в дом, как внезапно замерла, увидев в темноте горящие глаза. Погруженная в свои мысли, я даже не заметила силуэт в тени террасы, наблюдающий за мной все это время. Он сидел на диване и со скучающим видом изучал меня.

— Тебе не говорили, что подслушивать нехорошо? – возмутилась я, скрестив руки на груди.

— Аналогичный вопрос, – бросил он в ответ, продолжая прожигать меня взглядом.

— Не поняла.

— Откуда ты узнала про травму?

Дэмиан встал с дивана и медленно подошел ко мне. Я знала, что он высокий. Но одно дело – наблюдать со стороны, а совсем другое – оказаться в его личном пространстве, когда между вами не больше фута.

Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы взглянуть ему в лицо. Шея напряглась, на мгновение заломило где-то у основания черепа, но я даже не моргнула. Не могла.

И тут же пожалела об этом.

Его глаза оказались совсем близко. Зеленые, холодные, как бутылочное стекло на солнце, с крапинками, вспыхивающими золотом, когда свет падал под определенным углом. Обрамленные темными ресницами, слишком длинными для парня. Нечестно длинными. Он смотрел на меня в упор, без стеснения, и по моей спине побежали мурашки.