Книга Рабыня Шейха. Пепел надежды, страница 51 – Ульяна Соболева

Я сделала первый глоток, и этот вкус, такой знакомый, такой родной, вдруг показался чужим. Он был слишком… правильным. Слишком точным.

"Это его игра. Очередная попытка манипулировать мной."

Я поставила чашку обратно, не успев допить.

Нет. Я не могу позволить себе расслабиться. Я не могу позволить себе снова стать той, кем была когда-то. Снова поверить в иллюзию. Я должна быть умной…сильной. Подняться можно снова, но можно так же быстро опять упасть на дно. У меня …внутри меня живет его ребенок и об этом еще никто не знает.

Я с аппетитом поужинала. От наслаждения сводило скулы и закатывались глаза. Но чувство удовлетворения сменяла тревога.

Он думает, что этого достаточно? Что эта еда может стереть то, что он сделал?

Но почему это так больно? Почему этот жест, такой мелкий, такой…странный, пробивает брешь в моей броне?

Я сжала руки в кулаки.

"Он думает, что может меня сломать? Или он действительно пытается… загладить свою вину? Почему это сейчас? Почему именно это?"

Я поднялась с кровати, не в силах оставаться на месте. Комната казалась мне слишком маленькой, слишком душной, хотя ещё недавно я мечтала о комфорте, который она мне даёт.

Слуги вернули мне всё, что когда-то забрали: мою шикарную одежду, свежие простыни, украшения. Меня окружили еще большей красотой.

Но пока что рано радоваться. Все это легко отнимали и возвращали. Это все равно не мое.

"Они думают, что я могу снова стать прежней? Что я могу снова улыбаться, снова верить? Нет. Этого не будет."

Я подошла к столу, села на край стула и снова посмотрела на поднос. Это не случайность. Я знаю. Это сделано для меня. Всё идеально.

И это пугает меня больше всего.

Чай снова обжёг губы, но на этот раз я проглотила его, закрыв глаза. Вкус заставил моё сердце сжаться. Я ненавижу себя за то, что это заставляет меня чувствовать.

Мелочь.

Это всего лишь еда. Но она возвращает меня в прошлое, в тот момент, когда я ещё могла верить. Когда я ещё думала, что он другой.

Я не знаю, что это значит.

Я не знаю, чего он хочет.

Но я знаю одно: я не могу позволить себе расслабиться.

"Ты не купишь меня этим, Шейх. Ты не заставишь меня забыть."

Этот жест, эта "забота" — она не приносит облегчения. Она только разрывает всё внутри.

Я чувствую себя той, кто стоит на краю. Ещё один шаг — и я упаду.

Но он не услышит моего крика.

* * *

Я увидела его взгляд из окна.

Я не хотела смотреть, но чувствовала этот жгучий, пронизывающий взгляд, который прожигал меня насквозь. Как будто кто-то взялся сжать мою душу в кулак. Я повернула голову — и он был там. Шейх. Высоко, на втором этаже, за большим резным окном. Его фигура, тёмная на фоне светлого стекла, напоминала тень. Он стоял неподвижно, но я знала: он смотрит на меня.

Меня бросило в жар, а потом в холод. Я быстро отвернулась, будто пыталась вырваться из его внимания, из той тягучей силы, которой он всегда обладал. Но это ничего не изменило. Я всё равно чувствовала его. Чувствовала так остро, как будто этот взгляд проник в моё сердце и впился в него, оставляя раны, которые не заживают.

Я ускорила шаг, спряталась в саду среди густых деревьев, стараясь отдалиться от этого ощущения. Но оно не отпускало.

И тогда я почувствовала его шаги.Не услышала а почувствовала.

Ровные. Тяжёлые. Уверенные. Всегда одинаковые, всегда узнаваемые. В них было что-то такое, от чего даже воздух вокруг меня изменился.