Книга Кейта: Дочь Леса. Книга 1, страница 124 – Мария Эмви

Кейта слушала охотника, и в ее душе боролись два чувства. Разочарование — от того, что она его не застала. И… тепло. Невероятное, разливающееся по всему телу тепло. Он не сбежал, не сидел сложа руки. Инсин, сын хана, наследный принц, пошел с простыми охотниками в лес, чтобы добыть еды для ее, вражеского, племени. Чтобы отплатить за их гостеприимство. Поступок, достойный не просто воина, а настоящего мужчины.

— Инсин… просил что-нибудь передать? — спросила она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более равнодушно.

— Не-а, — Эрел покачал головой. — Сказал только, что вернется к полуденному солнцу.

Кейта кивнула, пряча от охотника свою глупую, непрошеную улыбку. Он вернется. И у нее еще будет время поговорить с ним, а сейчас… нужно было думать, как сделать так, чтобы, когда он вернется, ему было куда возвращаться. Улыбка быстро сошла с ее лица. Прежде чем Кейта сможет снова увидеть его, ей предстояло сделать то, ради чего она так рано проснулась.

Девушка кивнула Эрелу и решительно направилась к большому общинному балагану. И она знала — на этот раз разговор будет еще тяжелее, чем вчера. У входа, как она и ожидала, ее уже поджидал Ойгон. Он был мрачнее грозовой тучи. Старейшина, очевидно, тоже не спал всю ночь, обдумывая страшные вести, которые ему успел вчера перед сном сообщить Инсин.

— Дитя, — сказал он, когда она подошла. Его голос был глухим и усталым. — Пора. Все уже в сборе.

Они вместе вошли в балаган. Сегодня здесь было гораздо меньше людей. Только старейшины, самые опытные шаманы и главные охотники. Их лица были суровы, а в воздухе висело такое напряжение, что, казалось, можно было резать его ножом. Кейта заняла свое место во главе круга и, не теряя времени на предисловия, начала говорить. Она рассказала им все, без утайки. О своем визите в лагерь хана, его странном, пугающем спокойствии, лживом предложении найти отца в Сердце Тэнгри. И, самое главное, о той темной, чужой ауре, что она почувствовала от него.

Затем слово взял Ойгон. И он поведал старейшинам то, что узнал от Инсина. О сделке хана с Эрликом, свидетелем чего была одна из женщин его племени, о духе, разгуливающем по их степи, который способен вести за собой мертвых. Когда Старейшина закончил, в балагане надолго повисла мертвая тишина. Каждый переваривал услышанное. Это было хуже, чем просто война. Война с людьми, даже с такими жестокими, как степняки, была понятна. У нее были свои правила, своя честь. Но это было другое. На повестке дня теперь стояло не просто обсуждение военной тактики. Обсуждалось вторжение темных сил, которые захватили разум их врага и похитили их собственного вождя.

— Эрлик… — наконец произнес старый Эрдэни, и его голос дрогнул. — Он нарушил древние законы и вмешался в дела Среднего мира напрямую, такого не было никогда.

— И он выбрал себе сильного союзника, — мрачно добавил Содор. — Хулан-хан и его орда, ведомые силой Нижнего мира… Они будут непобедимы. Да они просто сметут нас всех, как блох!

— Нет, — твердо сказала Кейта, и все взгляды обратились к ней. — Они не непобедимы. У них есть слабое место.

— Какое же? — спросил Каскил.

— Их хан, — ответила она. — Он не правитель, он — марионетка. А еще… у них есть Инсин.

— Сын Степи, — кивнул Эрдэни. — Пророчество… оно начинает обретать смысл. «Один из них должен предать свой род, чтобы спасти свой народ». Речь шла о нем. Выходит, он должен пойти против своего отца, одержимого тьмой, чтобы спасти свой собственный народ от гибели в этой нечестивой войне.