Книга Измена. Новая Вера, страница 31 – Софи Вирго

Ах, ты ж с… жук майский. Знаешь, чем козырять и где у меня нет власти. Твою, еж колючий.

Смотрю на Веру, пытаясь найти хоть какую-то подсказку, врет Барон или нет, и по испуганным глазам понимаю, что как минимум она не согласна стать его игрушкой. Больше ничего не разобрать. Я не могу бездумно рисковать. Слишком большой груз ответственности. За моей спиной прячутся и другие от его нападок.

Но и ее оставить не могу. Маленькую, напуганную, и такую искреннюю.

— Личное? Девушка явно идет не из нашей раздевалки, так что все твое личное остается только в штанах. Почему-то мне кажется, если я спрошу, она скажет то, что тебя подставит. Не падай в моих глаза еще ниже.

— А то что? — подходит своей коронной ленивой походкой и смотрит прямо в глаза.

Мы одного роста и веса, очень похожи, но такие разные. Мне бы проверить, как там девушка, но нельзя первым разрывать зрительный контакт, иначе все, мне не отстоять ее. Вызов брошен, теперь только игра, пока кто-то не сдастся.

— Я не проиграл, чтобы позволял себе подобное. А девки у тебя нет, чтобы мог делать с ней то, что хочешь. Мне напомнить тебе уговор, или сам вспомнишь? Лучше самому, я ведь буду доходчиво напоминать, — сжимая кулаки, говорю ему, на что получаю ухмылку.

— Пока не проиграл. В следующем бою тебе конец. Закончилось твое время. Часики тик-так, тик-так, последние часы отсчитывают. Готовься паковать чемоданы, Глебушка. Я ведь выдвину новые условия, где тебе запрещено участвовать в бою за титул чемпиона.

Ах, ты, гаденыш. Почти кидаюсь на него, но вовремя осекаюсь, услышав писк Веры. Шаг назад, сделанный Бароном, напугал ее, и привел меня в чувства. Драка нам не нужна, а он грязно провоцирует. Спасибо, малышка.

— Ха, я смотрю в тебе проснулся трус. Ну, что же, наконец, все увидели твое истинное лицо. Только тот, кто не может победить честно, играет так мелочно.

— Рот закрой. Следующая победа моя, а твое время прошло. Такое существо, как ты, с загонами и тараканами не нужно большому спорту. Слишком долго корону носил, — кидается на меня, думает, что отступлю.

Вот только я не он. Стою и смотрю в глаза, в которых плещется ярость и желание сорваться с цепи. В этом главная проблема Андрея. Он видит цель и не видит препятствий, эмоционирует, теряет контроль, когда что-то идет не по плану. А это очень плохо для спортсмена. Тебе всегда нужен холодный ум. Поэтому я один. Мне не нужны слабости, но кажется где-то в собственной броне появилась брешь.

— Раз долго, так докажи это на ринге. А детский выпад в сторону титульного боя — это страх проигрыша. Но можешь ставить условие. Ты все равно останешься вторым.

— Попал ты, Шах. Прямо сей…

— Что здесь происходит? — Барон не успевает кинуться на меня, проигрывая в этом раунде, нас прерывает голос его тренера. — Андрей, тренировка пять минут назад началась.

Парень пышет злобой, остальные облегченно выдыхают, ведь никому не нужны проблемы и вылет из клуба из-за одного дурака. Вижу, как Барон не хочет сдаваться, но вынужден развернуться и уйти.

— Мы не закончили, — бросает напоследок, чтобы хоть немного выкрутиться из щекотливой ситуации.

— Закончили. Не забывай правила, Барон. На нее это тоже распространяется.

Ответа не получаю. Противник спешно покидает коридор вместе с другими спортсменами и тренером. Провожаю их толпу взглядом и когда они скрываются, резко поворачиваюсь к Вере, отчего она обратно вжимается в стенку.