Книга Разбуди меня в Сеуле, страница 98 – Надежда Тихомирова

От этих мыслей у Дженни слезы подкатили к горлу и защекотало где-то под сердцем.

В два часа дня, сразу после первой части репетиций, господин Кан собрал на «летучку» не только всех «ангелов», но и административный персонал агентства. Целью встречи было обсудить активность группы на следующий год: ведь все площадки и рекламные контракты необходимо планировать заранее.

Встречу вел Кан, который заметно наслаждался своим временным всемогуществом. Именно сейчас он мог позволить себе раздавать задачи и спрашивать о результатах.

Агент поднялся со своего председательского места и властным взглядом обвел всех сидящих за овальным столом для переговоров. Затем повернулся к молодому долговязому пиарщику в рубашке в черно-белую клетку.

— Господин Юн, – голос Кана звучал покровительственно, с легкой ноткой угрозы, – кажется, мы с вами говорили на прошлой неделе о том, что вы не должны слишком заранее производить рекламные материалы для наших мероприятий. И что же я увидел вчера, когда проверял наш финансовый отчет и заодно документы по инвентаризации склада?

Кан укоризненно смерил Юна взглядом. Тот отвел глаза и покраснел.

— Я увидел, что основная часть бумажных буклетов и мерчендайзинга по отмененным проектам уже готова, оплачена и лежит на нашем складе! Что прикажете с этим теперь делать? Уничтожать? Или выкупите сами и заберете себе домой?

Дженни с любопытством посмотрела на Кана. Казалось бы, времена сейчас не самые простые, а Кан явно чувствует себя на коне. При всех так унижать сотрудника другого отдела – для этого нужно было иметь смелость. И уверенность в собственной безнаказанности.

Юн, кажется, совсем растерялся и не знал, куда себя деть.

— Э-э… Мероприятия были отменены так стремительно, господин Кан… Ваш отдел не предупредил нас о возможной отмене… Мы не могли предположить… – жалобно блеял он.

Но оправдания взбесили агента еще больше.

— Дорогой господин Юн, вы, проработав в агентстве всего четыре месяца, собираетесь оспаривать наши методы работы?!

Тут Юн совсем сник и, вяло пообещав, что обязательно решит этот вопрос, потому что он, конечно, виноват, что не проследил за соблюдением сроков производства. И быстро покинул совещание. Господин Кан проводил его недовольным взглядом.

Однако расправой с молодым пиарщиком властный инстинкт агента не удовлетворился.

— Девушки, в следующем году нам нужно будет сфокусироваться на участии в благотворительных мероприятиях: это будет работать на восстановление имиджа группы. Параллельно мы возьмем несколько рекламных договоров – для того, чтобы хоть как-то выйти в плюс до конца года… Персональные контракты мы уже обсудили с каждой из вас – здесь, надеюсь, все в порядке… При этих словах агент скользнул быстрым взглядом по Джису, и Дженни убедилась в том, что «выходить в плюс» Кан собирался именно за ее счет. Он поднял со стола папку с бумагами и собрался, очевидно, переходить к следующему пункту обсуждения, как вдруг с места поднялась Каюн. Дженни с удивлением перевела на нее взгляд. Неужели эта малышка готова что-то предъявить самому Кану?

— Не думаю, что все довольны, господин Кан! Да вы и сами это отлично понимаете.

Агент на миг потерял дар речи. Он уставился на Каюн так, словно не был до конца уверен, что именно из ее рта раздалась эта вопиющая дерзость. Придя в себя, он сердито спросил: