Книга Разбуди меня в Сеуле, страница 19 – Надежда Тихомирова

— Пойдем.

Мы молча вышли из кофейни и, завернув за угол, оказались на Сретенке. До школы оставалось всего метров тридцать. Денис сделал несколько больших шагов и, оторвавшись от меня, быстро направился к крыльцу. Я опустила глаза, заставив себя идти в прежнем медленном темпе.

Так происходило каждый раз, но почему-то тупая боль, которая сковывала затылок, тоже повторялась снова и снова. Я никак не могла привыкнуть, выключить на время нервные окончания. Со мной наедине Денис был одним, а в школе – другим, абсолютно чужим. В школе он делал вид, что мы вообще не общаемся, даже едва здоровался. Мы вели себя будто согласно неписаной договоренности… но я ни о чем таком с Денисом никогда не договаривалась! И ни разу не рискнула его спросить – почему он так со мной?..

Дениса я нагнала уже на школьном крыльце. Он стоял с Ликой, Наташей и Юриком и, активно жестикулируя, рассказывал им что-то смешное. Он совершенно преобразился, пытаясь казаться наглым и самоуверенным популярным школьным типом.

Я ненавижу свое молчание. Но мне казалось, что если я нарушу наш молчаливый «договор», то сразу потеряю Дениса: он просто перестанет со мной общаться. И тогда в школе у меня не останется никого.

Мой внутренний монстр веселился: «Терпишь? Ну терпи-терпи, терпила…» Казалось, что чудовище смотрит на меня прямо в моей голове и я вижу его жуткие красные зрачки.

Я не слышала, что именно Денис говорил одноклассникам: в голове стоял шум. На глаза наворачивались слезы. Только не это, только не показать им… ему… как я расстроена. Мне нужно было всего лишь проскочить мимо. Я заторопилась и, проходя, задела Дениса рукой.

Стоявший рядом Юрик скользнул по мне внимательным взглядом, а Денис даже не обернулся.

Эпизод 6. Дженни. Дерзнешь или нет?

Ты номер один! Наконец-то! Ты пе-ервая!» – Когда господин Кан прокричал это вчера в трубку, Дженни сразу же напряглась. Все ее существо сконцентрировалось сейчас на одной мысли: «Мой альбом поднялся на вершину американского чарта… отлично… но что это значит для меня?» Пока девочки рядом пищали от восторга и зависти, она на секунду задержала дыхание, а потом резко выдохнула. «Теперь – свобода. Возможность решать самой. Вот что это для меня значит».

Дженни едва дождалась сегодняшнего утра. Едва удержалась, чтобы на вчерашней вечеринке по поводу своей победы не поговорить сразу с агентом – вернее, прижать его к стенке и вытрясти из него все условия, которые ей были необходимы, чтобы жить и дышать. Ничего, она сделает это сегодня.

А сейчас надо было сжать волю в кулак и отработать репетицию. Дженни не стала завтракать: адреналин зашкаливал, и есть не хотелось. Она знала, что к концу тренировки будет совсем тяжко: на пустой желудок физические нагрузки давались ей с большим трудом. Но запихнуть в себя хоть что-то она сейчас просто не могла. Ничего, еще совсем немного мучений. Дженни натянула латексные черные шорты и короткий топ, сверху накинула легкий плащ, чтобы не тратить время на переодевание. Темные очки, черная бейсболка… можно подумать, что так она не привлечет к себе еще больше внимания! Однако дресс-код был установлен агентством. Может быть, агент как раз и хотел, чтобы «Ангелы» максимально выделились на общем фоне – пиар всеми средствами. Но сейчас это было неважно.