Книга Генеральный папа, страница 62 – Алёна Амурская, Ника Лето

Юленька спит.

Я перевожу взгляд на кроватку, которую Рита заказала на прошлой неделе. Удобная, белая, с балдахином. Прямо из магазина дорогих детских товаров, куда я никогда бы не зашла по собственной воле. Юля свернулась калачиком, поджав под себя ноги.

Мне надо бы работать.

Передо мной на столе лежит очередная порция накладных на канцелярию. Скучные, однообразные строчки. Ручки, скрепки, картриджи для принтера. Моя стихия.

Но я не могу никак сосредоточиться.

Потому что мой взгляд, который должен быть прикован к бумагам, предательски скользит в сторону приоткрытой двери. Туда, где босс стоит рядом со своим огромным столом и смотрит в панорамное окно. Спиной ко мне. Я вижу его широкие плечи, тёмный пиджак, который сидит по фигуре как влитой. Волосы слегка растрепались после того, как он провёл по ним рукой.

Максим Эдуардович.

Генеральный директор.

Человек, которого боятся все вокруг.

А я сижу и смотрю на него, как девчонка, у которой сердце трепетно сжимается и дыхание перехватывает, которая не должна думать о нём, не должна ничего чувствовать, но я ничего не могу с собой поделать.

Вспоминаю выходные.

Как он пришел в гостиную, опустился на колени прямо на ковер в своих дорогих брюках. Как Юля — впервые сама! — протянула ему деталь от лего. Как он растерянно, неуверенно смотрел на неё, совсем не так, как смотрит обычно. В этот момент он не был тем ледяным монстром, каким я привыкла его видеть.

А потом его взгляд встретился с моим.

И в этом взгляде было что-то новое. Что-то такое странное, непривычное и неправильное, от чего у меня внутри всё перевернулось, сжалось и застыло в предвкушении.

Он смотрел на меня так, словно я была не просто временной няней, не просто «девочкой на побегушках». Словно я значила нечто большее.

Или мне просто хотелось так думать?

Я отгоняю эту мысль, но она возвращается. Как тогда, ночью на кухне, когда его пальцы сжимали мои запястья, а в глазах плескался такой жар, что у меня до сих пор мурашки по спине бегают.

Не думай об этом, Аня.

Работай.

Я снова смотрю в бумаги, но вместо цифр вижу его профиль. Острый, волевой подбородок, тонкая линия губ, тёмные брови чуть сдвинуты. И эти серые глаза, в которых таятся грозовые, опасные тучи, а иногда проскальзывает что-то необычное, будто серебро, драгоценность.

Красивый.

Высокомерный, пугающий, но красивый.

Как хищник. Как тигр в клетке. Как грех, в который нельзя влюбляться, но от которого невозможно отвести взгляд.

Я ловлю себя на том, что смотрю на него опять. Уже целую минуту, а может и больше. Смотрю, как он садится за стол, как откидывается в кресле, как потирает переносицу. Устал. Он не всегда машина по зарабатыванию денег, не всегда робот, я вижу, что он тоже устает, как обычный человек. Но никогда не показывает этого при других.

А я вижу.

Почему?

Почему я замечаю эти мелочи? Почему меня тянет к нему, как магнитом? Почему моё глупое сердце начинает биться чаще, когда наши взгляды случайно встречаются, а потом я смотрю в другую сторону, боясь, что он прочитает в моих глазах то, что я сама себе боюсь признать?

И в этот момент он поворачивается.

Наши взгляды встречаются.

Мы оба замираем.

Я тону в его серых омутах, ныряю в них и понимаю, что не хочу выбираться обратно на поверхность. Он тянет меня на дно, в бездну. И я никак не могу вырваться, а может и не хочу.