Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 184 – Роберт Кеппел

Пришло время хотя бы мгновение побыть абсолютно честным. Я сказал ему, что он ужасно спланировал свои последние несколько дней. Тед просто смотрел на меня.

— Ты только что подписал себе смертный приговор, – сказал я.

Это была мои последние слова, обращенные к Теду Банди.

Пока детективы из Колорадо, Майк Фишер и Мэтт Линдвол, возились с диктофоном в крошечной комнате для допросов в блоке смертников во Флориде, Тед Банди, закованный в наручники в своей камере и заметно нервничая, наблюдал за их приготовлениями. Банди знал Майка Фишера со времен своего ареста за убийство в Аспене. Я познакомился с Фишером, когда он расследовал дело об исчезновении Кэрин Кэмпбелл в округе Питкин: она пропала из лоджа Сноумасс в горнолыжном регионе Колорадо.

Фишер, который преследовал Банди после его побега из тюрьмы, всегда напоминал мне собаку, вцепившуюся в носок: он преследовал, анализировал и не отпускал добычу. Поэтому до сих пор помню звонок Фишера и его голос в трубке: «Этот сукин сын снова сбежал».

Банди бежал из тюрьмы в Колорадо через всю страну – сначала в Мичиган, затем во Флориду, где после убийств в доме сестринства «Хи Омега» и убийства Кимберли Лич был наконец арестован за рулем украденного фургона. Именно во Флориде его в итоге казнили на электрическом стуле. Верховный суд США отклонил последнюю апелляцию, а губернатор Флориды отказался отсрочить казнь. Его час пробил.

Но в последние недели Банди все еще видел для себя пространство для маневра. Он надеялся, что признания, которыми он дозированно делился, могут вызвать интерес или убедить кого-то – например, губернатора, – что живой он полезнее, чем мертвый. Возможно, ему удастся переиграть Майка Фишера, Мэтта Линдвола, ФБР или меня. Шансы были ничтожны, но Банди и его адвокат продолжали разыгрывать последние фрагменты своей партии, время от времени раскрывая детали убийств и указывая места, где, по его словам, были спрятаны тела. В этой игре, где трон информации вот-вот должен был превратиться в электрический стул, особенно ясно проявлялось, что происходит в сознании серийного убийцы в момент преступления, после него и даже спустя годы.

Моя словесная дуэль с Банди произошла незадолго до того, как его повели на допрос к Фишеру и Линдволу. Уже во время моего разговора стало заметно, что он тянет время, ожидая следователя из офиса генерального прокурора Колорадо, который ехал в Старк. Банди передали сообщение от его апелляционных адвокатов: если он будет откровенен с этим следователем, губернатор и генпрокурор Колорадо выступят за него перед губернатором Флориды. На меня эта «новая стратегия» впечатления не произвела – очередная попытка потянуть время, в то время как Фишер и Линдвол уже ждали за дверью.

Я дал ему понять, что подобная игра в кошки-мышки будет выглядеть как очередная уловка – и в глазах общественности, и в глазах тех, от кого зависит его судьба. Я надавил, и Банди подчинился: согласился идти на разговор с Фишером и Линдволом.

Когда я проходил мимо Фишера, направлявшегося в комнату для допросов, я тихо сказал ему:

— Не поддавайся на слезы Теда. Они фальшивые.

После этого я остался в блоке смертников – не как участник, а как наблюдатель. Моя работа с Банди была закончена. Оставалось только смотреть со стороны, как он пытается разыграть последнюю комбинацию.