Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 156 – Роберт Кеппел

Сочетание ран, обстоятельств убийства и длительных манипуляций с телом недвусмысленно указывало: это был не импульсивный преступник, а человек, действующий по сформировавшемуся ритуалу. Это был почерк – signature, «подпись» – опытного серийного убийцы с некрофилическим профилем, подобного Теду Банди.

Польрайх стала идеальным кейсом для HITS именно потому, что ее убийство сочетало в себе сразу несколько редких и бросающихся в глаза признаков. Прежде всего – позирование тела: такая демонстративная «выставка» встречается считаные разы, буквально два случая на тысячу. Затем – способ избавления от тела: убийца оставил жертву на виду, в оживленном месте, явно рассчитывая, что ее найдут быстро. Около десяти процентов преступников действуют подобным образом, но сочетание открытой демонстрации и тщательно выбранной позы – почти уникально. К этому добавлялись выраженные сексуально-садистские действия уже после смерти: убийца провел с телом долгое время, обращаясь с ним так, будто полностью владел им. Подобное поведение характерно для опытных серийных хищников, а не для случайных насильников.

И наконец, один из самых редких элементов – введение в тело постороннего предмета. В системе HITS на тот момент значилось всего девятнадцать подобных случаев – примерно один процент. Но ни один из известных нам эпизодов не объединял в себе все эти признаки сразу.

По сути, перед нами была криминалистическая подпись – настолько узнаваемый и в то же время уникальный «отпечаток», что он неизбежно указывал на серийного убийцу, а не на разовый импульсивный акт. И что особенно тревожило – преступник с таким почерком почти никогда не останавливается после одного удара.

9 августа 1990 года, всего через сорок семь дней после убийства Польрайх, в Белвью произошло второе жестокое убийство. Родственник нашел тело Кэрол Энн Бит в ее спальне. Дом стоял в тихом пригороде среднего класса, всего в двух милях от «Блэк Энгуса» – на карте оба места легко накрывались монеткой.

Кэрол Бит, тридцатидвухлетняя мать двух девочек, работала барменшей. В последний раз ее видели живой около половины третьего ночи: сосед заметил, как она одна вошла в дом после визита к подруге, тоже барменше. Дочери спали в соседней комнате, всего в нескольких шагах от спальни матери.

Картина в спальне была ужасающей. Бит лежала на кровати обнаженная; на ногах – красные туфли на каблуках, расставленные ноги обращены к двери. Во влагалище был вставлен ствол ее собственного дробовика, приклад лежал на туфлях. Поначалу казалось, что ее задушили подушкой, но под ней обнаружили пластиковый пакет для химчистки, надетый уже после смерти. Она была жестоко избита тупым предметом, оставившим характерные раздвоенные следы, и имела по одному защитному ранению на каждой руке.

Орудия убийства в доме не нашли. Комната не была ограблена, хотя некоторые вещи пропали. Было ясно, что преступник вошел и вышел через незапертую раздвижную стеклянную дверь в спальне; после его ухода дверь в комнату была аккуратно закрыта.

На первый взгляд убийства Польрайх и Бит казались разными. Одно – на улице, другое – в доме. Но в базе HITS оба дела «загорелись» одними и теми же крайне редкими признаками: позирование тела, демонстративная экспозиция, и введение постороннего предмета – характерные маркеры одного и того же типа преступника.