Книга Узы Геркулеса, страница 117 – Жасмин Мас

Аякс вышел вперед и подошел к алтарю. Вышитая зеленая рыба сверкала на лацкане его черного костюма.

Зачем им нужен наблюдатель?

Судьба надела фиолетовые очки для чтения и приготовила свиток.

— Прошу глав Хтонических Домов выйти вперед, – прогремел ее голос над Колизеем. Она говорила даже более властным тоном, чем Зевс.

Толпа затихла.

Аид, Артемида, Эребус, Афродита и Арес вышли вперед и медленно прошли к противоположной стороне алтаря.

— По традиции, – сказал Зевс, поднимая кубик и показывая пять точек. – Поскольку вас пятеро, согласны ли вы со своими подвигами? Сразится ли каждый из вас с пятью взрослыми циклопами?

— Согласны, – спокойно ответил Аид. Туман вился вокруг его ног.

Август снова наклонился ко мне и прошептал на ухо:

— Главы всегда сражаются с пятью циклопами в начале состязания. Они настолько сильны, что это не сражение, а скорее церемония.

Я кивнула ему, благодарная за то, что он объяснил мне суть.

Аид планировал рассказать мне о СГС за неделю до соревнований, но это было до переноса состязания на более раннюю дату.

— А теперь – их откровения! – Зевс широко раскинул руки и повернулся лицом к небу.

Я посмотрела на Августа, ожидая объяснения, но он нервно и с беспокойством смотрел на Харона.

Судьба постучала по своему свитку, сверкнув фиолетовыми глазами.

— Артемида.

Артемида ухмыльнулась. Она схватила V-образный вырез своей тоги, повернулась кругом, чтобы было видно всем на трибунах, и… разорвала ткань, обнажив гладкую кожу на груди.

Алый туман окутал ее угрожающим сиянием.

— Откровение, – объявил Зевс. – Ни одного поражения.

Артемида самодовольно завязала разорванную верхнюю часть тоги, чтобы она закрывала грудь, и с надменной усмешкой вернулась в шеренгу.

— Арес, – позвала Судьба.

Печально известный глава Дома Войны вышел вперед и расстегнул пиджак. Аккуратно сложил его и положил на алтарь, затем ловко расстегнул белую рубашку и снял.

Его волосы были выбриты по центру головы, а вокруг радужки вспыхнули красные кольца. Он медленно повернулся кругом, бронзовая кожа переливалась от движения мускулов.

На пояснице и рельефном животе белели длинные рваные шрамы, похожие на тот, что рассек его губы.

— Откровение: ни одного поражения! – крикнул Зевс.

Назвали Аида, и он тоже снял верх своего костюма. Я отвернулась, потому что не хотела заработать незаживающие психологические шрамы, и Зевс объявил, что у него тоже ни одного поражения.

— Эребус! – крикнула Судьба.

Харон напрягся и плотнее сжал мне затылок.

Эребус подошел к алтарю, его маска угрожающе блестела в золотистом свете заката.

Он распахнул плащ, под которым оказались военные штаны и простая черная футболка. Вероятно, в Колизее он был единственным, кто не надел церемониальную одежду.

Эребус ухватил воротник футболки и разорвал его.

Трибуны ахнули.

Старые и новые следы когтей покрывали каждый сантиметр бледного подтянутого торса Эребуса. Его будто атаковали сотни волков, и не один раз.

— Откровение… – С опаской глядя на него, Зевс прочистил горло, будто собираясь с мыслями. – Ноль… поражений.

Эребус резко развернулся – полы плаща взметнулись вместе с лоскутами разорванной футболки, обнажая изуродованную грудь, – и вернулся в шеренгу.

Увидев следы когтей и костяную маску, я поняла, почему на плакате с его изображением на стене у Елены было написано: «Осторожно: это существо больше похоже на зверя, чем на человека».