Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 87 – Дада Смехова

Поэтому я просто сижу тихонечко.

И стараюсь не думать, каким будет «наказание» и почему вообще моя жизнь превратилась в такую театральную постановку.

Итак…меня несут на руках, и это уже само по себе выглядит как смягчение приговора, потому что если бы планировалась настоящая казнь, я бы сейчас ползла по двору на коленях, а не ехала бизнес классом императорского такси.

НО…он же дал слово брату, что накажет.

Принцы слов на ветер не бросают, значит, какое-то наказание всё-таки будет.

Но наказание наказанию рознь: можно получить десять ударов бамбуковой палкой по пяткам, а можно… ну, я не знаю… стоять в углу и держать в руках тяжёлый веер.

Главное — правильно подать идею.

Я посмотрела на него снизу вверх: лицо спокойное, взгляд вперёд, брови ровные, ни одной складочки гнева.

Красивый, зараза.

И несёт меня, будто я пушинка.

Может, я ему нравлюсь?

Да ладно, конечно нравлюсь: он меня уже голой видел, два раза сам раздевался при мне вот сейчас спасая мои ножки несет на руках — это уже по местным меркам почти брачная ночь.

Улыбка сама полезла на лицо.

Ну конечно он влюбился.

Я же не местная, я — ходячая экзотика: говорю не по сценарию, падаю не по ритуалу, не ем острое и не знаю, как правильно кланяться.

Для него я как смартфон в эпоху свитков: непонятно, но очень хочется покрутить в руках.

Мысленно потерла ручки.

Бульварные сценарии всё-таки работают даже на второстепенных персонажах!

Теперь план прост:

Выяснить, насколько глубоко он попал.

Подкинуть пару милых неуклюжих моментов, чтобы окончательно добить.

Превратим «наказание» в «присмотр за мной лично, днём и ночью».

Отказаться от шпионства можно потом, когда он уже будет готов подарить мне полдворца за одну улыбку.

Всё.

Легко.

Я гений.

Остаётся только лежать на его руках и выглядеть невинно-очаровательной.

И, может, чуть-чуть прижаться щекой к его шее.

Так, для проверки теории.

Чисто научный эксперимент.

Да.

Так… а теперь нужно срочно прикинуться милой, нежной фиалкой с ранимой психикой.

Такой, которую колышет любое дуновение ветра и обижает даже слишком громкое «здравствуйте».

Я вдохнула, включила режим «Лизка-версия-лайт» и самым тоненьким, почти воздушным голосочком пропела:

— Спасибо вам, ваше высочество, что заступились за меня… и спасли от наказания…

Да, он меня ни от чего ещё не спас, но это не важно.

Главное — дать ему идею, что он герой, защитник, спаситель прекрасной слабой девушки.

Мужчины же это обожают.

Особенно такие — с титулами и завышенным чувством ответственности за всё живое.

Принц чуть сбился с шага.

Покосился на меня подозрительно, как на странного зверька, который внезапно заговорил человеческим голосом.

И… пошёл ещё быстрее.

Я немного зависла на его руках, пытаясь понять: это хорошо или всё-таки пипец.

«Эй, стопэ, я же только что включила режим беззащитной фиалки!

Где рыцарское «не бойся, маленькая, я тебя в обиду не дам»?

Где нежный взгляд и «я всё решу»?

Почему вместо этого у меня ощущение, что меня сейчас запрут в подвале с табличкой «ценный шпионский ресурс, не кормить после полуночи»?»

Сердце ёкнуло.

А вдруг я переборщила с «спасибо-спаситель»?

Вдруг он решил, что я слишком хорошо играю, и теперь тащит меня не от наказания, а прямо к настоящему допросу с пристрастием?

Или…