Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 134 – Дада Смехова

Он хотел что-то сказать — я видела, как приоткрылись его губы, — но явно боролся сам с собой, но так и не решился. В какой-то момент он вдруг… успокоился. Как будто что-то вспомнил.

И сподозрительноспокойной улыбкой взял мою руку — двумя пальцами, аккуратно, как будто держал жабу за край лапки по крайней необходимости — и произнёс:

— Ты мне нравишься.

Так спокойно. Так уверенно. Инастолько фальшиво, что я невольно фыркнула и тут же выдернула руку.

— Ну конечно. Любовь с первого взгляда. Очень смешно, — протянула я с сарказмом. Пытаешься уйти от ответа на вопрос? Думаешь великий стратег? Может у себя там в армии, ты действительно, великий полководец, но сейчас ты сам выбрал роль влюбленного, который даже целоваться не умеет. Ну, давай, попытайся!!!

— А почему нет? — не смутился он. — Поэтому, мне и нужна причина, чтобы видеть тебя чаще, — сказал он с таким видом, будто только что выдал гениальное стратегическое решение и сам собой гордится.

И что, он правда думает, что я в это поверю? Он сам-то хоть верит в то, что говорит? Думаешь, просто сказал «нравишься» — и всё, вопрос закрыт? А доказать?

— Я вам правда нравлюсь? — тихо спросила я, изображая смущение.

Вот почему его постоянно так тянет троллить? И главное — я его уже почти совсем не боюсь. Особенно сейчас, когда его высочество пытается сыграть роль героя-любовника.

— Да… а? — с какой-то вопросительной интонацией и лёгкой запинкой выдал Шенли, внимательно глядя на меня — такую скромную и прекрасную, ага.

Я скромненько потянулась к нему свободной рукой, провела по груди и поползла выше — к плечам. Он весь напрягся, по нему прям видно было, что очень хочет сделать шаг назад, но мужественно держится.

Он посмотрел вокруг. Я тоже.

В радиусе метров десяти — никого. Люди либо тусовались на более шумной части улицы, либо были заняты своими делами. Здесь было тихо, полумрак, кустики, переулочек — романтика, блин. Идеальное место для моего маленького эксперимента.

Я шагнула ещё ближе.

«Нравлюсь, говоришь? Ну сейчас и докажешь».

— Вы мне тоже очень нравитесь, — прошептала я и приподнялась на цыпочки.

У тебя сейчас есть шанс, дорогой принц: отступить, сбежать, уползти в тень своей целостности и непреклонной добродетели.

Он судорожно оглянулся по сторонам.

Ха. Ищешь, понимаешь ли, спасателей.

Надеешься, что внезапно появится кто-то, кто помешает тебе подтверждать свою «неземную любовь».

Ну-ну. Мечтай.

Он был высокий. Прямоченьвысокий. И это чудовищно мешало моим коварным планам.

И он это прекрасно понимал. Поэтому спокойно стоял, как оборонительная башня, и ждал, пока я перестану покушаться на его личное пространство.

Я могла дотянуться руками только до его плеч, а максимум, что могла поцеловать — это подбородок. И то при условии, что он проявит милосердие и чуть наклонится.

Победная улыбка уже растягивала его губы.

Рано радуешься, великан.

Он всё ещё держал меня за руку — аккуратно, двумя пальцами, как будто я могла его заразить бесстыдством при прямом контакте.

Я осторожно взяла его ладонь и переложила себе на талию.

Он проследил за моими действиями с таким видом, будто смотрел редкий эксперимент: «Интересно, что эта безумная собака сделает дальше?»

Рука осталась на моей талии — еле-еле касаясь, как будто через одежду грехи не засчитываются, а прямой контакт — это уже билет в ад без права обжалования.