Книга Зона Златовласки. Любовь не по уставу, страница 38 – Анастасия Сиалана, Асоль Ари

— Пробой обшивки! Отсек три — критическая разгерметизация! — заорал пилот, пытаясь выровнять падающую многотонную машину.

— Закрыть переборки! Эвакуация по секциям! — голос Каэра, усиленный командирским динамиком, перекрыл хаос. — Штурмовая группа — в отсеки отстрела один и два! Пилоты — в третий! Ветрова, со мной!

Я с трудом сфокусировала на нем взгляд сквозь сизый дым. Варг и его бойцы уже отстегивали ремни, организованно, без малейшей паники пробиваясь сквозь завалы к аварийным шлюзам по левому борту.

— Почему с вами?! Моя капсула в пятом секторе! — истерично крикнула я, пытаясь расстегнуть заклинивший замок на груди.

— Потому что я так приказал! Шевелитесь, аналитик, или мы сгорим здесь!

Он подлетел ко мне в два гигантских прыжка, не обращая внимания на тряску. Его закованные в перчатки пальцы с нечеловеческой силой сорвали покореженные фиксаторы моего кресла. Он буквально вздернул меня на ноги, едва не вывихнув плечо, и потащил за собой. Пол шаттла кренился под немыслимым углом. Двигатели выли умирающим зверем. Мы падали.

Аварийный отсек в самом хвосте встретил нас истеричным миганием панелей. Четыре узкие спасательные капсулы-цилиндра, вмонтированные в стену. Первая мигала желтым — системный отказ пиропатронов. Вторая горела глухим красным — механическая блокировка люка из-за деформации корпуса. Третья издала противный писк, и на ее экране высветилось: «НЕДОСТАТОЧНОЕ ВНУТРЕННЕЕ ДАВЛЕНИЕ. УГРОЗА ВАКУУМА».

Из всех слов, которые я знала к своим двадцати пяти годам, приличными в голове остались только предлоги.

— Четвертая! — сорванным голосом выкрикнула я, указывая на единственный зеленый огонек.

— Внутрь! Живо!

Каэр со всего размаху ударил по сенсорной панели. Узкая металлическая створка со свистом отъехала в сторону. Капсула была крошечной, она рассчитывалась строго на одного бойца стандартной комплекции. Каэр схватил меня за пояс комбинезона и буквально зашвырнул в этот металлический гроб. Я больно ударилась спиной и затылком о жесткую амортизационную стенку, хватая ртом воздух.

— А вы?! Места больше нет! — заорала я, в ужасе видя, как пламя начинает пожирать проход позади него, пытаясь забраться обратно в салон.

Снаружи раздался чудовищный скрежет — у шаттла отрывало кормовую часть. Каэр даже не посмотрел на огонь. Он шагнул следом. Втиснулся в капсулу, вдавив меня в заднюю панель всем своим гигантским весом, закованным в композитную броню. Его широкие плечи едва прошли в проем. Он извернулся и с силой ударил бронированным кулаком по большой красной кнопке аварийного старта.

Люк захлопнулся с герметичным шипением за долю секунды до того, как огонь лизнул внешнее стекло. И в ту же миллисекунду пиропатроны с грохотом выплюнули нас наружу.

Меня буквально размазало по его броне. Чудовищная перегрузка мгновенно выбила весь воздух из моих легких, перед глазами поплыли черные круги. Сквозь крошечный, размером с ладонь иллюминатор за плечом адмирала я увидела, как наш десантный шаттл, превратившийся в огненную комету, вспыхнул ослепительным шаром и разлетелся на тысячи горящих осколков в чужом фиолетовом небе.

А мы падали. Внутри капсулы было темно, жарко и катастрофически, невыносимо, оскорбительно тесно. Мы стояли вплотную друг к другу — как в саркофаге. Мои ноги были намертво зажаты между его твердыми, как сталь, бедрами. Моя грудь была впечатана в его нагрудник так сильно, что я чувствовала рельеф его знаков отличия сквозь свой комбинезон. Мои руки рефлекторно, в слепой панике вцепились в его плечи.