Книга Спецзадание "Выйти замуж", страница 129 – Асоль Ари

Я почувствовала, как тело Владыки мгновенно окаменело. Его пальцы на секунду сжались слишком сильно, прежде чем он заставил себя расслабиться. Дан тяжело вздохнул, развернул меня к себе и заглянул в глаза. В его льдистом взгляде я увидела не холод, а древнюю, невыносимую скорбь.

— Мы их не прячем, Клео, — его голос звучал глухо, словно пробивался сквозь толщу воды. — Их просто нет.

Я непонимающе нахмурилась.

— Что значит — нет?

Дан взял меня за руку и подвел к каменной скамье в тени исполинского дерева с серебристыми листьями. Мы сели, он не отпустил мои пальцы, медленно поглаживая их, словно искал в этом простом жесте утешение.

— Триста стандартных лет назад наша империя была другой, — тихо начал он, глядя куда-то сквозь меня, в прошлое своего народа. — Сиамки были так же прекрасны и смертоносны, как и наши мужчины. Но потом пришла Смерть. Не война, не космический катаклизм. Генетический вирус.

Я затаила дыхание, боясь пошевелиться.

— Никто так и не узнал, откуда он взялся. Этот вирус был искусственным и пугающе избирательным. Он цеплялся исключительно за женский геном Сиама. Это была агония, Клеопатра. За какие-то жалкие десять лет вирус выкосил всю женскую половину нашей расы. Миллиарды жизней.

Дан закрыл глаза, и его лицо исказила тень вековой боли.

— Наши хваленые технологии, наши сверхсветовые дредноуты, наши медицинские капсулы... Ничто не смогло нас спасти. Лекарства не было. Мы умирали миллионами в стерильных, высокотехнологичных палатах. Выжили только те из нас, чья животная суть, чей первобытный иммунитет оказался сильнее распада.

Он открыл глаза и посмотрел на меня с горькой, тяжелой усмешкой.

— Ваш Альянс считает нас дикарями. Вы смотрите на наши технологии, а потом с ужасом наблюдаете, как наши воины дерутся в грязи на аренах за право коснуться женщины. Но вы видите лишь искаженную, уродливую тень нашего прошлого. Отбор и Колизей существовали и до вируса, Клео. Но тогда всё было иначе.

Его голос потеплел, наполняясь гордостью за утраченное наследие.

— Наши традиции всегда были сильны. Но Отбор был взаимным. Это был красивый и достойный ритуал равных. Мужчины и женщины Сиама выходили на арену вместе. Сиамки были воительницами, они с гордостью показывали свои способности, свою грацию и боевое искусство, чтобы покрасоваться перед возможным избранником. А потом все сходились в грандиозном ритуальном танце. Если двое откликались на зов крови друг друга, они становились парой навсегда. Если нет, они расходились с уважением, чтобы попробовать снова в следующий год.

Дан горько усмехнулся, и тепло в его глазах сменилось жестким льдом.

— Но когда женщин не стало, и нам ради выживания пришлось брать чужачек, ритуал исказился. Инопланетные женщины были хрупкими, они не могли выйти с нами на арену как равные. Они стали лишь призом. Отбор стал жестким, беспринципным и варварским. Теперь это не танец двух хищников, а жестокий генетический фильтр. Мы заставляем наших мужчин доказывать свое право на размножение в первобытных условиях, чтобы искусственно отсеивать слабаков. Если мы позволим себе расслабиться, если откажемся от крови и ярости, остатки нашего генома выродятся окончательно. Мы стали чудовищами, моя дикая девочка, чтобы наша раса просто не исчезла с лица Вселенной.