Книга Громкий шепот, страница 168 – Мари Милас

Вечер, да и день в целом был просто сплошным сумасшествием. Оставив Нейта и Макса наедине, я сразу позвонила Аннабель. В конце концов, мы не знали, когда ребенок в последний раз ел, а в нашем доме явно не нашлось бы чего-то кроме проклятой горы попкорна и сладостей.

Мне было страшно держать эту крошку на руках, она действительно была почти невесомая. Я боялась прижать ее груди, чтобы, не дай бог, ничего не сломать в ее маленьком тельце, но в тоже время старалась обхватывать как можно крепче. Это было так странно и приятно одновременно, что, несмотря на мою собственную тревогу, улыбка не сходила с губ.

До меня доносились отголоски разговора Нейта и Макса, но я старалась их игнорировать. Больше всего меня потрясли звуки, граничащие с плачем, исходящие от самого улыбчивого и светлого человека на этой планете. Впервые Нейт обнажал свои шрамы, заставляя мое сердце обливаться кровью.

За самыми яркими и широкими улыбками таятся самые израненные души.

Аннабель и Леви вместе с детьми под мышкой примчались быстрее ветра. Даже моя подруга, имеющая маленького ребенка, на мгновение опешила перед малышкой.

— Мамочки, она такая маленькая. Марку был год, и он казался мне крошечным, когда я впервые увидела его, но она…

Я лишь кивнула, потому что тут нечего было добавить.

Друзья привезли с собой все необходимое для новорожденных, потому что именно такой и была малышка. Думаю, что ей от силы неделя.

Макс и Леви разбирались с Нейтом, и в конечном итоге он уснул от бессилия, после чего мы все вместе позаботились о ребенке, действуя как слаженная команда. Я не задавала вопросов, не лезла в душу Макса, но по его взгляду понимала, что Нейт в полном беспорядке, и это не впервые.

Когда мы заверили Аннабель и Леви, что все будет хорошо и мы справимся, они отправились домой, оставив нас наедине с малышкой.

— Это безумие, – шепчет Макс.

Мы лежим на кровати, а между нами сопит ребенок.

— Да. – Я встречаюсь с ним взглядом, аккуратно поглаживая бархатную ступню малышки.

— Ты бы хотела иметь детей?

Я чуть не давлюсь при неожиданном вопросе Макса, но, быстро совладав с собой, отвечаю:

— Не знаю. То есть… да, наверное, хотела бы, но не в ближайшее время. Я хочу быть здоровой для него или нее. – Макс понимающе кивает, и я спрашиваю: – А ты?

— От тебя – безусловно, но я тоже хочу, чтобы ты была здоровой.

Прикусив губу, размышляю о том, как чутко и терпеливо он всегда относится к моим проблемам.

— Я хочу пойти на терапию, – выдыхаю признание, к которому долго шла, пытаясь справиться в одиночку. – Мне бы хотелось, чтобы ты был рядом.

— Я всегда буду рядом.

Макс опирается на локоть и целует меня в лоб.

Никто из нас больше не произносит ни слова, продолжая зачарованно смотреть на малышку. Постепенно усталость берет верх, и мы засыпаем, окутанные детским ароматом с головы до пят.

* * *

Я открываю глаза, встречая новый день, и сразу натыкаюсь на уже родные теплые глаза.

— С днем рождения, Валери, – шепчет Макс, стараясь не разбудить ребенка, умиротворенно спящего между нами.

Я протягиваю руку и касаюсь его щеки. Он обвивает горячими пальцами мое запястье и притягивает к своим губам в мягком поцелуе.

— С днем рождения, Макс.

Так необычно разделять день, в который ты появился на свет, с человеком, которого любишь. Значимее этого может быть, наверное, только день рождения собственного ребенка.