Книга Зажигая звезды, страница 171 – Мари Милас

— Потому что ты всегда была смелее, чем я. И мне не стыдно в этом признаваться. Для меня ты – сила природы, которая поднимает меня с низов до вершин. Ураган, закручивающий сердце в потоке ветра. Звезда, так сильно манящая своим светом. И даже когда ты падаешь, единственное желание, которое я загадываю, – чтобы я всегда смог тебя поймать.

Он переводит дыхание, все еще стоя на одном колене, и хочет продолжить, но я беру его за руки и поднимаю на ноги.

Я бы могла возразить и сказать, что это все слишком быстро и стремительно. Но, черт возьми, сколько еще лет должно пройти? Некоторые пары женятся в Вегасе, зная друг друга пару дней. Судьба сталкивала нас раз за разом не для того, чтобы мы заново узнавали друг друга. Отношения – это не школьная программа, чтобы ее повторять. Это наука об ошибках, падениях, взлетах и опыте. Ее можно изучать всю жизнь, каждый день узнавая что-то новое и приходя к выводам. И я хочу делать это вместе с ним.

— Да. Я стану твоей женой. – Я покрываю его лицо поцелуями. – Нельзя говорить, что я смелее, чем ты, ведь моя смелость и уверенность хранятся в тебе. Даже когда тебя нет рядом, прямо здесь, – я прикладываю его руку к своему сердцу, – ты всегда зажигаешь звезды.

Если бы я могла, то сказала бы каждому, кто не верит в себя, кто давно спрятал свое сердце, отказавшись от любви, кто проживает день за днем в темноте и не видит будущее: «ЗАЖИГАЙ. ЛЮБИ. МЕЧТАЙ». Мы смогли, значит, и у тебя все получится.

Два года спустя

Аннабель

— Открой глаза!

Я подпрыгиваю на месте от звонкого голоса, наполненного возмущением. Посмотрев на часы, замечаю, что прошло всего пятнадцать минут, как мне удалось уединиться.

Гневное шлепанье ног по плитке оповещает меня о приближении урагана.

— Мама! Папа не открывает глаза и не отвечает на мои вопросы. Я хотела подстричь ему челку, но…

— Что ты хотела? – спрашиваю я с широко раскрытыми глазами.

— Подстричь ему челку! Пойдем, сейчас покажу.

Маленькая, но крепкая рука стягивает меня с кресла и тащит за собой в комнату. Дикое желание закрыть глаза и не видеть, что происходит у Леви на голове, трепещет во мне всю дорогу. Мы заходим в комнату – в целом все не так страшно. Не считая моего мужа, развалившегося на розовом пушистом ковре, как на ортопедической кровати. Все его тело покрыто наклейками. И под «все» я имею в виду даже лицо и пальцы ног.

К счастью, волосы на голове вроде на месте.

Глаза Леви закрыты, и это зарождает коварный план в моей голове.

— Малыш, отклей наклейку с ноги папы. – Я подхожу к сыну и целую его в макушку.

Он поддевает своими пальчиками наклейку и резко дергает, отрывая вместе с ней несколько волосков.

Вой заполняет комнату, а глаза моего мужа готовы выкатиться на пол.

— Оливия! – верещит он.

— Это был Марк, – уточняю я.

— Это был я. – Марк с гордостью хлопает в ладоши.

Дети смеются так сильно, что хватаются за животы.

Леви переводит взгляд на меня, дыша слишком часто.

— Нет, это была ты.

— Ты не можешь знать этого наверняка, только если тебе это не приснилось, – произношу я, хихикая.

— Я не спал, а просто лежал с закрытыми глазами, – ворчит Леви, потирая место депиляции.

— О, ну тогда ты в курсе, что Оливия хочет подстричь тебе челку. Детка, – я обращаюсь к дочери, – можешь приступать.