Книга Та, что подарила сына, страница 46 – Марина Кистяева

Кожей чувствовала мужчину. Странное ощущение. Пугающее. От него она, скорее всего, и проснулась. Говорят же, что когда кто-то на кого-то пристально смотрит, у последнего появляется вполне ощутимая реакция. Так и с ней…

А ещё…

Ей нравилось, что происходило. Словно нечто темное, запретное окутывало Юлю со всех сторон. Не позволяло уйти, искушающе нашептывало на ухо, подкидывая поленья в топку её возбуждения. Юля даже колени свела сильнее, чтобы унять пожар в трусиках.

Они намокли…

Появился дискомфорт, захотелось от них избавиться.

Господи… Она сошла с ума.

Всё решил поцелуй.

Горячий. Обжигающий.

Чуть ниже плеча, над лопаткой.

Незнакомец безошибочно определил эрогенное место Юли.

Его губы прикоснулись к ней, и мир поплыл.

Пульсация между ног усилилась.

И Юля… сдалась.

Она осталась.

Посидит сейчас немного… чуть-чуть. Совсем капельку. И пойдет. Честное слово.

Пальцы на руке, которая обнимала её живот, задвигались. Ласково. Трепетно?.. Дыхание за спиной сбилось, потяжелело. Оно снова и снова проходилось по разгоряченной коже Юли и, казалось, уже не оставляло ей ни малейшего шанса.

Рука ласкала живот, скользнула кверху. Дотронулась до груди. Сжала, пробуя её на упругость и тяжесть. С губ девушки сорвался приглушенный стон. С мужских – тоже.

От синхронности восприятия ситуации Юля задрожала сильнее. Так не бывает… Не бывает… Чтобы между двумя незнакомыми людьми и сразу такая химия… такое притяжение… До ломоты в костях, до нестерпимой потребности быть и чувствовать.

Его прикосновения будоражили. Будили в Юле неизведанное.

Пусть… пусть будет, что будет.

Потом она пожалеет. Влепит себе пощечину в ванной. Но это всё будет потом.

А сейчас Юле хотелось чувствовать и дальше.

Её настойчиво потянули назад, и она поддалась.

Позволила себя снова уложить на спину.

Он навис сверху. Лица его так и не видела. Хоть и хотелось. Можно отодвинуть занавесу, и тогда что-то прояснилось бы. Но, видимо, и настроение у обоих совпало.

Мужчина погладил её по щеке. Снова и снова. А потом дотронулся до губ. Надавил, требуя, чтобы она раскрылась. Юля подчинилась. Его палец скользнул дальше, явно имитируя другое.

Огонь пронзил позвоночник девушки, она выгнулась, желая быть как можно ближе. Грудь к груди, бедра к бедрам. Мужчина сдвинул лямки сарафана сразу с лямками бюстгальтера и дотронулся до обнаженной груди вместе с ласковым ночным воздухом. Юля хрипло вскрикнула, не в силах сдержаться.

Как же… хорошо… Остро. Сладко. Невыносимо…

Его губы целовали её шею. Спускались ниже. Взяли в плен сосок, пальцы жадно сжали бедра, задирая кверху подол. Юля не протестовала. Для себя она уже всё решила.

Ей нужна эта ночь.

Ей нужен этот мужчина.

Она металась под ним, выгибаясь и жадно вскидывая бедра, не в силах оставаться безучастной. Мужчина доминировал. Когда она захотела его потрогать там, он отвел ее руку, завел за голову и оставил, ничего не говоря, но ясно давая понять, чтобы она держала её там.

Юле нравилась тишина между ними. Ни к чему слова, когда говорят тела.

Он отодвинул её трусики и некоторое время гладил лобок, едва-едва задевая клитор, и от этого Юля начинала медленно сходить с ума. Почему медлит? Почему не трогает там?

Потрогал.

Так же не спеша. Если бы Юля не слышала его шумного дыхания, не чувствовала, как иногда его крупное тело сотрясает дрожь, то решила бы, что он полностью спокоен.