Книга Та, что подарила сына, страница 109 – Марина Кистяева

Решение принято.

Эта девочка подарила ему то, о чем он уже не смел не то что мечтать, даже думать. Забытое счастье, смысл жизни.

Юля несла с собой глоток свежего воздуха, и он будет последним идиотом, если не примет тот дар, что плыл ему в руки. Дураком Тарисов никогда не был.

Он входил в неё, кайфуя от её влажности, готовности принимать его. От того, как девушка красиво изгибает спину.

Вошёл. И сразу же резко назад, чтобы дальше – к сверхновой. Чтобы до звезд, до сбитого дыхания. До полной эйфории.

Он двигался резко, жадно. К ней… Только к ней… Снова. Чтобы словить её кайф. Её отзывчивость.

Демьян подался чуть вперед, в очередной раз захватил её волосы и потянул на себя.

— Демьян…

— Давай, девочка, кончай… Кончай, я сказал!

От его приказа она вся задрожала, покрылась мелкой испариной.

И обмякла.

Он сразу же тоже ослабил хватку, но никуда её не отпустил.

— Потерпи… Немного. Я сейчас…

Кончал он снова в неё.

Он мог себе это позволить.

— Сережа! Ну сколько можно?

— Ещёёё…

Сын хлопнул ладонями по воде, поднимая сотни брызг.

Юля прислонилась к стене, наблюдая за ним.

Какой же он счастливый.

Такими и должны быть дети.

И взрослые тоже.

— Юля, всё хорошо?

В ванную заглянула мама.

— Да, всё отлично. Папа звонил?

— Нет, жду звонка. Утром уже успел посетовать, что врачи ему не нравятся, анализов слишком много и прочее, прочее.

— Это же папа…

— Ох, точно.

Отец много раз говорил, что не будет делать операцию. Конечно, подобные заявления были кинуты в порыве чувств, но у Юли и у мамы нет-нет да прокрадывался страх. Они обсуждали этот момент, переживали.

— Помощь нужна?

— Нет. Надеюсь, вытащу его скоро.

— Тогда я ужином займусь.

Мама прикрыла дверь, а Юля повернулась к сыну.

Вовремя, потому что он протянул ей мочалку в виде утенка и важно заявил:

— Мой меня.

Юля улыбнулась.

— Кто-то уже пытается командовать?

— Ага.

Серенька выглядел ужасно довольным, поднимая на пальчиках пену.

Они приехали домой под предлогом. Якобы как бы Демьян ни пытался обеспечить сына самым необходимым, есть игрушки, книжки, вещи, которые надо забрать.

Юле, кстати, тоже.

Демьян спокойно выслушал её доводы и согласился.

— Степан поедет с вами. Лариса Геннадьевна любезно согласилась разместить его в доме.

— Выделив диван в гостиной?

— Почему бы и нет? Или, ты думаешь, мой безопасник сахарный и не справится со столь сложной задачей, как провести несколько дней на диване?

С ними отправился не только Степан. Юля не оспаривала решение. Ещё одной случайности она допустить не хотела. Ей надо научиться смотреть на происходящее с ней с другой стороны. Видеть себя глазами тех, кто её хочет скомпрометировать. То, что журналисты ей заинтересовались – факт. Поэтому следовало быть внимательнее.

А ещё она думала принять предложение Демьяна. Учёба ей не помешает. Новые знания всегда полезны. Пусть с ней позанимаются.

Она тщательно вымыла Сережу, поиграла с ним ещё немного.

— Давай, всё, поднимайся. Вода стынет.

Сережа потянулся к крану, потом передумал и, вцепившись тонкими пальчиками в борт ванной, поднялся. Юля заранее приготовила полотенце, в которое завернула сына и подняла на руки.

— Ух ты! Тяжелым каким становишься.

— Серрррьезно? – Сережа обнял её, намочив хлопковую футболку.

Юля порадовалась, что сын четче проговорил «р».