Книга Нокаут, страница 87 – Марина Кистяева

— Мне кажется, ты не поправилась, в хорошей форме, — Полина окинула придирчивым взглядом подтянутое тело подруги.

— Пока нет, но…

— А я вот расту, — Поля продолжала улыбаться. Вот уж никогда бы не подумала, что её в какой-то момент перестанут волновать цифры на весах.

Ангелина Геннадьевна сказала, что желательно за весь период беременности набрать не более десяти килограммов, максимум двенадцать-четырнадцать. На последнюю цифру она ориентировалась.

И опять же, как оказалось, если рядом находится человек, который с любовью наблюдает за изменениями твоего тела и не перестает говорить, что с каждым днем ты становишься только прекраснее, лишние килограммы не воспринимаются критично.

Полина с интересом наблюдала, как она меняется. Как у неё появляется животик, который беспрестанно гладил по утрам и вечерам Лёша. Как тяжелеет и увеличивается в размерах грудь, от которой опять же Шалов приходил в дикий восторг.

— Слушай, а потом у тебя она так и останется большой? — спросил он накануне.

Полина закатила глаза.

Мужчины!

— Не знаю. У кого-то остается, у кого-то сдувается.

— Сдувается?

— Да.

Секунду — и две ладони легли на потяжелевшие выпуклости.

— Слушай, мне так нравится.

— Но, скорее всего, после родов они… ээээ… потеряют форму.

Руки перестают её гладить.

И внимательный взгляд голубых глаз останавливается на её лице.

— Девочка, ты же будешь кормить нашу детку молоком? Я же не думаю, что ты вобьешь себе в голову бредовую идею, что кормление испортит тебе грудь?

— Шалов, я на тебя сейчас обижусь. Честное слово.

— Всё. Понял. Молчу. Дурак.

Она не смогла сдержать счастливого смеха.

— На чем ты там остановился? Вспомни и продолжи, пожалуйста.

Их сексуальный целибат длился всего две недели, как и рекомендовала в целях предосторожности Орешко. Повторный прием не выявил никаких угроз и отклонений, анализы так же оставались в норме. Да и воздерживались они очень интересно. Каждый день повторяли то, что устроили на кухне в день, когда Алексей ей сделал признание и они, наконец, объяснились. Полина не могла не прикасаться к Леше. Ей постоянно необходимо было чувствовать его ласку, его заботу. Тепло его кожи. Всё-таки у Полины появился её личный «беременный» фетиш — это запах кожи Леши. Поначалу она осторожно втягивала терпкий мужской запах, приправленный парфюмом. Потом, осмелела, и превратила в игру, к которой подтянулся и Алексей. Она видела, что ему доставляет удовольствием, то, что она постоянно прикасается к нему и «пробует» его запах.

— Беременные все такие забавные?

— Хм… — она в очередной раз уткнулась ему в шею. — Можешь спросить, находят ли забавными выходки жен те, у кого наблюдаются резкие скачки в гормональном фоне.

— Проще говоря, истерики.

— И слезливость тоже.

— Лучше не буду спрашивать.

— Вот и правильно.

Полина наслаждалась своей беременностью и, когда узнала, что Ника тоже ожидает малыша, очень обрадовалась.

Они стали дружить семьями. Хотя, семьями пока их пары в полном, общепринятом смысле этого слова назвать было нельзя. Они с Алексеем несколько раз спорили, что будут делать с росписью.

— Ты девушка, значит, ты должна хотеть свадьбу с пышным белым платьем, — заявил ей как-то Шалов в один воскресный день, когда они выбрались в торговый центр за покупками.