Книга Личное дело майора, страница 29 – Марина Кистяева

Она смотрела, как Женя тянется к прикроватной тумбочке и достает оттуда пачку с салфетками. Так просто, правда? Иметь их всегда при себе рядом с кроватью.

— Куда выкинуть? – спросила она, когда дело было сделано.

Можно, конечно, и в ванную сходить. Даже нужно.

Но не пойдет. Не сейчас точно.

— Я сам.

Женя забрал у нее использованные салфетки и поднялся. Одеваться не стал.

Тома, зажевав губу, наблюдала за ним. Какой же он красивый… Высокий, крепкий. Вроде бы и поджарый, и в то же время довольно раскачанный. Смотрела бы на него и смотрела. Для нее Тихонов – идеал мужской силы и привлекательности. Она бы хотела найти в нем какие-то огрехи, то, что ее оттолкнет.

И понимала – их нет.

Что бы он ни говорил и ни делал.

Мама может быть сотню раз права, говоря, что она ведет себя уничтожающе. Не унижающе даже, хотя тут под каким углом посмотреть. Тома и не спорила.

Было другое – счастье. Тихое такое.

Его спугивать не хотелось. Хотелось продлить.

Хотя бы до утра…

Прочувствовать.

Между ног с непривычки немного саднило. Тома дотронулась до лона и улыбнулась. Послышались шаги возвращающегося Жени, и она быстро отдернула руку. Мало ли.

Женя подошел к кровати и навис над ней. На его лице гуляла довольная улыбка. И он весь выглядел таким расслабленным. Довольным.

И чуть-чуть родным.

— Ты как?

Как она?

Охрененно.

Но говорить вслух ничего подобного не будет.

— Спать хочется, – хрипло выдохнула она, не узнав свой голос.

— Верю. Мне тоже. Поэтому двигай попу, Том.

Она моргнула. Потом еще. И подвинулась.

Спать рядом с Женей Тома не планировала. Точнее знала, что подобное нереально. Сколько она ночевала у него? И каждый раз спала одна. Ждала, что придет. Говорила себе, что занимается глупостями, что мечты так и останутся мечтами. Что Женя ее жалеет. Терпит в какой-то степени. А то, что смотрит так, точно сожрать готов… Может, голодный он. И только.

Она же тут маячит. Навязывается.

А у него принципы…

Против которых тоже не попрешь.

Тамара сделала все.

Что можно и что нельзя.

Дальше…

Пожалуй, спать. Единственно верное решение.

Она, мысленно жмурясь, подвинулась. Кровать у Жени была небольшой. Не метр восемьдесят точно. Скорее, метр сорок. Или даже меньше. Нет, метр сорок, потому что вдвоем они вполне комфортно разместились.

Он лег рядом. Вытянулся. Тома сразу ощутила себя маленькой и хрупкой. Потрясающее ощущение, за которое она зацепилась. И поплыла. Далеко.

Сюрпризы на этом не закончились. Женя, что-то пробурчал, притянул ее к себе.

— Иди сюда, – расслышала она за барабанной дробью сердца.

Тома и не думала сопротивляться.

Еще чуть-чуть… Еще немного… Пусть ночь не заканчивается. Даст ей погреться в лучах счастья.

От Жени пахло невероятно. Мужской силой, терпкостью. Их страстью. Еще остатками парфюма, которые почти выветрились. Тома незаметно потянула носом. Надо узнать, что за нотки, чтобы потом…

Она оборвала себя и зажмурилась. О чем думает, идиотка! Неужели на самом деле будет рыскать по парфюмерным бутикам в поисках едва знакомого запаха? Тома улыбнулась, радуясь, что в комнате свет потушили и не видно ее глупого выражения лица.

Женя прижал ее сильнее, просунул руку, заключив в своеобразный кокон.

И поцеловал куда-то в шею, рвано выдохнув.