Книга Его собственность, страница 22 – Алиса Браун

Я замерла на первой ступеньке лестницы.

— А вы?

Вопрос вырвался сам собой. Мне нужно было знать, где он будет. Чего ждать от него.

Дмитрий обернулся. Он медленно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, ослабляя галстук. Этот жест показался мне пугающе интимным.

— А я, моя дорогая невеста, буду работать, — усмехнулся он. — Иди спать. Мою дверь ты знаешь, но советую сегодня туда не заходить. Я не в настроении быть джентльменом.

Я пулей взлетела по лестнице, чувствуя спиной его взгляд до самого поворота коридора.

Вбежав в свою комнату, я первым делом повернула замок. Щелчок металла принес крохотное облегчение. Я прислонилась спиной к двери и сползла на пол. Слезы, которые я сдерживала весь вечер, наконец прорвались наружу. Я плакала беззвучно, закрыв рот ладонью, чтобы никто не услышал. Плакала от обиды, страха и бессилия.

Как он мог? Как отец мог так поступить со мной? Что будет с мамой, когда она узнает про это? Или папа скажет ей, что это счастливый брак по любви? А я жениха скрывала все это время…

Наверное, ей так будет даже лучше. Не знать всей правды.

Когда истерика немного отступила, я поднялась и прошла в ванную. Смыла макияж, стянула с себя это проклятое роскошное платье. Сейчас мне было мерзко от того, как я им наслаждалась несколько часов назад. Теперь оно валялось на полу зеленой лужей, и мне хотелось его сжечь.

Я нашла в шкафу (видимо, тоже приготовленную заранее) шелковую пижаму. Она была дорогой, нежной на ощупь. Но мне было противно надевать вещи, купленные им. Выбора не было — спать голой в этом доме я точно не собиралась.

Я забралась в огромную кровать. Постельное белье пахло свежестью и лавандой, но подушка показалась мне каменной. Свет я выключила, но сон не шел. Я лежала в темноте, прислушиваясь к каждому шороху дома. Где-то внизу хлопнула дверь. Потом послышались тихие шаги.

Я сжалась под одеялом, превратившись в слух. Шаги приблизились к моей двери… замерли. Сердце ухнуло в пятки. Дверная ручка медленно опустилась вниз. Дверь была заперта, но я знала: это его дом. У него наверняка есть ключи. Если он захочет войти — он войдет.

Я задержала дыхание, вцепившись в одеяло так, что побелели костяшки. Я отсчитывала секунды. Ручка вернулась в исходное положение. Шаги удалились в сторону кабинета.

Я выдохнула. Сегодня он меня не тронет. Он дал мне отсрочку. Четыре дня. У меня есть четыре дня до казни.

— Я так просто не сдамся, Воронов, — прошептала я в темноту. — Ты можешь купить мое тело, но душу ты не получишь. Никогда.

С этой мыслью я провалилась в тяжелый, беспокойный сон, где меня преследовали черные глаза и запах хвои с табаком.

День начался с настойчивого стука в дверь. Я едва успела открыть глаза, как на пороге появилась миниатюрная девушка с двумя светлыми косичками. Бордовое платье, идеально накрахмаленный передник — она выглядела как героиня старого фильма про горничных.

Вчера у меня не было сил рассматривать персонал, но вкус у Воронова определенно имелся. И деньги тоже. Даже работники в этом доме выглядели безупречно.

— Доброе утро, Алина Сергеевна, — прощебетала она мелодичным голосом. — Извините, что разбудила. Дмитрий Александрович велел поднять вас ровно в девять. Меня зовут Анастасия. Я буду помогать вам.

Я с трудом села на кровати, протирая глаза. Голова гудела после вчерашнего стресса.