Книга Измена. Моя итальянская ошибка, страница 30 – Светлана Кондр

— Сломалась, — проблеяла, как испуганная овечка, оказавшаяся перед матерым волком.

Он слишком близко. Так нельзя.

— И он взял твою? — Фабио схватился за оба поручня и крепко сжав их, еще больше сократил расстояние между нами. Отчего мне пришлось невольно положить ладони на его грудь, где сквозь теплый свитер и горячую кожу, я почувствовала быстрый ритм сердца.

— Ну, да, — я смущенно подняла голову. Наверно он считает меня полной дурой, хотя из-за его расспросов, я тоже себя так ощущаю.

— И этот ублюдок даже не удосужился подвезти тебя? Зная, какая сегодня ветреная погода, — Фабио насупился и его глаза загорелись огнем.

Хорошо, что он не знает, что мне пришлось еще и провожать детей.

— Не называйте его так, — я встретилась с ним долгим взглядом и выдержала потоки искр.

— Знаешь, о чем я жалею? — Фабио подался навстречу, и мне пришлось прижаться спиной к стенке лифта, ставшего в один момент крохотным и тесным настолько, что перестало хватать воздуха. — Что дал тебе тот тупой совет, — его голос смягчился и стал почти просящим. — Бросай этого козла, он тебя недостоин, — Фабио наклонился, и я почувствовала, что вот-вот случится страшное, запретное, но неизбежное — он меня поцелует…

— Кхе, кхе, — откуда-то послышался знакомый и до тошноты противный кашель.

Вот черт! Мы и не заметили, что приехали на этаж и лифт уже открылся. Все так же прижатая к стене, я выглянула из-за плеча Фабио и встретилась глазами с Викой.

— Вместе уехали, вместе приехали…

Фабио

— Вместе уехали, вместе приехали. Фабио Даниэлевич, мы так будем ревновать, — льстиво произнесла девушка и бессовестно проморгала, поражая своей наглостью и бестактностью. Похоже она не понимает, с кем разговаривает. Придется щелкнуть по носу.

Кулькова спрятала глаза, покраснев как помидор и опустила голову, я же мимолетно глянул в зеркало на стене лифта и полоснув острой сталью взгляда по выскочке, напряг скулы.

Пиздец, она откровенно раздевает меня взглядом!

Самоуверенно положив руку на талию Полины, ощущая, что это правильно, я подтолкнул её и мы вышли в холл.

— Кто вы? — спросил у нахалки.

— Девочки из офиса, — она выпятила грудь. — Мы все любим внимание, — женщина вперилась взглядом, рассматривая как я обнимаю растерянную Полину. — Несправедливо, уделять его только Кульковой, — прикусила губу и надула утиный клюв.

— Я спрашиваю — кто ты такая? — понизил голос и тщательно проговорил каждое слово со зловещей паузой.

Что за идиотка? И что она себе позволяет? Думает, если работает тут давно и старше меня, то может общаться как с юнцом? Так еще и указывать кому я должен уделять внимание, а кому нет? Походу она не догоняет, что перед ней не пацан, а хозяин компании.

Вот такие должны сразу под сокращение попадать.

— Вика, — добавив голосу скромности и нескрываемой слащавости, представилась она. — Бухгалтер.

— Ах, Вика, — не сомневаюсь, что именно она вчера обидела Полину. Я не тиран, не самодур, но на ее примере придется показать всем, со мной не стоит играть. — Вам известно, что такое аутсорсинг?

— Известно, — она выпучила остекленевшие глаза и захлопала ресницами.

— Так вот, вам видимо не успели сообщить… Мы больше не нуждаемся в ваших услугах. Бухгалтерскими вопросами займется сторонняя организация. Потрудитесь дойти до отдела кадров, вам отдадут трудовую.