Книга Без права на слабость, страница 50 – Hay Grig

Ещё несколько нежных движений...

И мир перестал существовать.

Остались только мы.

Наше дыхание.

Наши сердца.

Наша любовь.

Когда спустя время я всё ещё лежала в его объятиях, не желая никуда уходить, Глеб неожиданно взял мою левую руку.

Нежно провёл большим пальцем по безымянному пальцу.

— Тебе очень идёт.

— Что?..

Я подняла руку...

И замерла.

На моём пальце сияло невероятно красивое кольцо.

Тонкое.

Изящное.

Идеальное.

Я потрясённо посмотрела сначала на него, потом снова на кольцо.

— Глеб... Когда?..

Он поднёс мою руку к губам и медленно поцеловал то место, где теперь сверкало кольцо.

— Наверное, ещё тогда, когда впервые увидел тебя.

Я тихо рассмеялась сквозь слёзы.

— Серьёзно...

— Нет, кольцо я купил позже, — улыбнулся он. — А вот решение... сделать тебя своей женой... принял ещё много лет назад.

Он осторожно коснулся моего лица.

— Я люблю тебя, Мила. Люблю так сильно, что не существует силы, способной заставить меня отказаться от этой мечты. Я слишком долго ждал тебя. Слишком долго любил молча. Слишком долго представлял этот момент... И теперь никто и ничто не сможет снять это кольцо с твоего пальца... кроме тебя самой.

ГЛЕБ

— Ты что, совсем с ума сошёл? — я резко схватил Алекса за ворот рубашки и, не сдерживая раздражения, оттащил его в сторону, подальше от подъезда.

Он стряхнул мои руки и зло усмехнулся.

— Глеб, убери руки.

— Тогда объясни мне, — процедил я сквозь зубы, — ты как был эгоистом, так им и остался? Неужели во всём городе не нашлось другого дома? Обязательно нужно было покупать квартиру прямо под нашей?

Он нервно провёл ладонью по лицу.

— Нет. Не нашлось.

Я усмехнулся.

— Не нашлось? Или ты просто решил каждый день мозолить ей глаза?

Алекс резко посмотрел на меня.

— Я хочу быть рядом со своим сыном... С сыном, который называет папой чужого человека.

В его голосе звучала не мужская боль.

Обида.

Та самая обида маленького мальчика, которому не досталась игрушка.

Я тяжело вздохнул.

— У тебя дома беременная жена.

Он промолчал.

— Женщина, которая носит твоего ребёнка, нуждается в тебе куда больше, чем твои несбывшиеся мечты.

— Это не твоё дело.

— Теперь моё.

Я сделал шаг ближе.

— Потому что речь идёт о моей семье.

Он усмехнулся.

— Уже успел назвать её своей?

— Да.

Ответил спокойно.

Без сомнений.

— Артём будет общаться с тобой только так, как решит Мила. Не ты. Не твоя мать. Не я. Только она.

Я выдержал паузу.

— А моей будущей жене ты можешь звонить исключительно по вопросам ребёнка. Всё остальное закончилось.

Алекс сжал кулаки.

— Если бы не ты...

Я не дал ему договорить.

— Поверь... лучшее, что случилось в жизни Милы после всей той боли, — это то, что рядом оказался я.

Он зло усмехнулся.

Я продолжил уже спокойно:

— И ещё... скоро моя семья переедет в мой дом. Очень надеюсь, что тебе не придёт в голову купить дом ещё и по соседству.

Развернулся и вошёл в подъезд, оставив его одного.

Стоило открыть дверь квартиры, как меня окутал запах домашнего ужина.

Дом.

Тепло.

Уют.

Любимая женщина.

Вот что теперь было для меня настоящим счастьем.

Мила вышла из кухни с собранными волосами. Увидев меня, сразу улыбнулась и, даже не сказав ни слова, бросилась в объятия.

— Я соскучилась...

Она уткнулась носом мне в шею.

Я закрыл глаза.

Как же мне не хватало этого.