Книга Важнее слов, страница 113 – Миа Шеридан

— Окей. Так ты… что, навсегда теперь останешься одиноким? Будешь пить не в меру, спать с первыми попавшимися женщинами и повторять все это по кругу, пока у тебя либо не откажет печень, либо не отвалится член? План – ну просто мое почтение.

Я не смог сдержать смеха, слушая его.

— Знаешь, когда ты так все описываешь…

— Вот-вот, – вздохнул Ник. – Грустный, одинокий и без члена. Такого и врагу не пожелаешь, знаешь ли.

— Так и что мне тогда делать, а? Она живет на другом конце земного шара.

Ник пожал плечами.

— Это все детали, вы вдвоем как-нибудь со всем этим разберетесь. Но вот что я знаю точно, Каллен, так это то, что я очень, очень давно не видел, чтобы у тебя так сильно блестели глаза – обычно по ним читается только то, что ты надрался. И я начинаю бояться, что этот блеск уже никогда не вернется.

Я услышал грусть в его голосе и вздрогнул от этого. Он видел, что я давно уже вступил на тропу, в конце которой меня ждало только самоуничтожение, и пытался увести меня с нее. Но я его не слушал – я делал все, чтобы оттолкнуть его от себя, заставить его замолчать.

Я отхлебнул еще немного выпивки.

— У тебя ведь на самом деле не было времени, чтобы поехать со мной в это путешествие, правда?

Он работал почти все то время, что мы были в замке.

— Для тебя у меня всегда найдется время, Каллен.

Я улыбнулся, услышав это. Да, он всегда выкраивал время. Даже когда времени у него не было, он как-то его находил. Он единственный, кто делал это для меня.

— Чел, прости, что был таким никудышным другом в последнее время.

Ник сделал глоток пива и сказал:

— Закажи нам еще по одной и считай, что ты прощен.

Я засмеялся, но смех быстро сошел на нет. Я должен был ему больше этого, куда больше.

— Спасибо тебе.

Мы сидели, выпивали и болтали, настроение у меня постепенно становилось все лучше. Где-то через пятнадцать минут я почувствовал, что справа ко мне кто-то подсаживается. Я обернулся, чтобы посмотреть, кто это был. Это оказалась девушка, которая широко мне улыбалась. Сначала я не смог понять, кто она такая, но очень скоро я узнал в ней девушку, с которой познакомился в первый же вечер, как я сюда прибыл, – это случилось в тот же вечер, когда в этот бар заглянула Джесси. Улыбка девушки стала более застенчивой.

— Привет-привет, – сказала она.

— Как ты поживаешь?

— О, у нас все отлично.

Ее подруга, оказавшаяся рядом, приобняла ее и помахала нам. Увидев свободное место рядом с Ником, она направилась к нему и забралась на стул. Она протянула Нику руку, представилась и завела с ним разговор.

— Я надеялась еще раз повидаться с тобой на неделе, – сказала девушка рядом со мной.

Черт, да как же ее звали – я никак не мог вспомнить. Пока я пытался выудить ее имя из глубин сознания, к нам подошел бармен, и девушка заказала шоколадный мартини. А я вообще поинтересовался тогда, как ее зовут?

— Да уж, – отозвался я, когда бармен отвлекся от нас, чтобы сделать коктейль. – Я много работал, а остальное время проводил с друзьями.

Друзьями. Прозвучало это слово как-то не так. Но если Джесси не была мне другом, то кем она была?

— Работал? Я думала, ты приехал сюда отдохнуть. Ты сочиняешь что-то новое?

— Да. Я работаю над саундтреком к одному фильму.

Кто бы мог подумать, что, приехав сюда с запущенным случаем писательского блока, я уже через неделю наполовину завершу то, что могло – я очень надеялся на это – стать лучшей работой из тех, что я когда-либо написал. Джесси. Это случилось благодаря Джесси.